Часть 2 «Ощущение»

Кристи

Я стояла у окна, ощущая, как дождь барабанит по стеклу, и наблюдала за ним. Он весь промокший, с волосами, прилипшими к лбу, и с ухмылкой, которая говорила обо всём, что он думает, прежде чем успеет это сказать вслух.

Как странно видеть его взгляд — будто он одновременно изучает комнату и меня. Я знаю, что он видит во мне нечто знакомое. Его глаза застыли на моих волосах, на коже, на губах... и я ощущаю, как тихо напрягается грудь. Длинные чёрные волосы, серые глаза, чуть пухлые губы — да, всё это похоже на кого-то, кого он потерял. Но я — не она. И это прекрасно.

Он садится, улыбается ухмылкой, будто знает, что я читаю его мысли:

— Знаете, — говорит он, — это странное ощущение. С одной стороны, я вижу кого-то очень знакомого... почти как воспоминание, которое решило стать живым. А с другой — вы постоянно доказываете, что это совсем другая история.

Я не могу сдержать улыбку. Ему нравится ставить слова на мои мысли, играть со мной, как будто мы оба знаем правила этой маленькой игры.

— Отличная комбинация: воспоминание и «другая история», — отвечаю я с насмешкой. — Прямо как в книжке для романтиков.

Он ухмыляется, и в его глазах есть что-то удивительно уязвимое, что я никогда не видела раньше.

— И знаете что? Это очень сбивает с толку, — продолжает он. — Я ведь стоял под дождём, готовый к одиночеству и воспоминаниям... а тут вы — как буря, только в обличии человека.

Я наклоняю голову, и уголок губ дрогнул. Он будто предугадывает мою реакцию:

— Так что вы выбрали? Разговаривать со мной или снова уходить в воспоминания под дождём?

Я слышу в его голосе ту тихую дерзость, что заставляет сердце биться быстрее, и отвечаю почти шёпотом:

— Разговаривать. Но предупреждаю... буря может быть непредсказуемой.

Он ухмыляется ещё шире, и я ощущаю, как между нами возникает невидимая нить — напряжение, сходство с прошлым и одновременно совсем новая история. Я знаю, что этот вечер станет началом чего-то, что мы ещё не понимаем, но что уже невозможно игнорировать.

И я понимаю, что хочу остаться здесь, наблюдать за ним, слушать его и узнавать заново — пусть даже через этот странный, мокрый, дождливый вечер.

Я сижу на подоконнике, наблюдая, как он осторожно протирает руки полотенцем, и улыбаюсь про себя. Он словно пытается держать дистанцию, но в каждом движении чувствуется интерес.

— Так... — слышу я его голос, с лёгкой ухмылкой, — вы здесь живёте?

Я приподнимаю бровь:

— Да, живу. Вопрос в том, что вас так интересует: дом или хозяйка?

Он делает театральное движение, будто задумался: