Часть 11 «Мелодия и звук»
Алекс
Я лежал на диване, закинув голову назад, мокрое полотенце закрывало лицо. После душа всё тело казалось обессиленным, как будто вода смыла не только грязь и усталость, но и остатки сил.
Телефон на тумбочке вибрировал без остановки, как будто специально раздражая. Я знал, кто звонит. Даже не нужно было смотреть на экран. Отец.
Стиснув зубы, я сжал пальцами полотенце, стараясь не поддаться искушению поднять трубку. Его голос был последним, что я хотел слышать. Тот человек, которого я всей душой презирал, умудрялся находить меня всегда. Всегда вовремя — тогда, когда я меньше всего был к этому готов.
Звонки следовали один за другим. Будто он нарочно проверял моё терпение. Я ощущал, как раздражение внутри поднимается, но вместе с ним — и холодное, почти болезненное чувство, от которого хотелось сбежать.
Я ненавидел его. За прошлое. За всё, что он сделал. За то, что его тень до сих пор не отпускала меня.
Телефон снова завибрировал. Я резко сорвал полотенце с лица и уставился на экран. Имя, которое вызывало во мне бурю, горело в списке вызовов.
На секунду рука дёрнулась — взять. Но в груди тут же сжалось так, что стало трудно дышать.
Нет. Не сегодня.
Я откинул телефон обратно и закрыл глаза, стараясь оттолкнуть мысли о нём. Но внутри знал — он не отстанет.
Я ненавидел его не просто так. С самого детства он был тем, кто умел давить на мои слабости, превращая любое проявление эмоций в повод для упрёков. Каждый мой промах, каждая ошибка — это были его победы. Он не целовал, не обнимал, не хвалил. Он учил меня выживать в мире, который, по его словам, был полон предательства.
Помню один случай, который застрял в памяти навсегда. Мне было двенадцать, и я упал с велосипеда на улице. Он пришёл домой, посмотрел на мои разбитые колени и не спросил, больно ли мне, не утешил. Он только сказал: «Слабых здесь не любят. Учись быть сильным, иначе весь мир тебя раздавит». С тех пор я понял — жалость к себе и к другим была роскошью, которую нельзя себе позволять.
Со временем я научился скрывать свои чувства, прятать слабости. Он добился своего. Но вместе с этим в моей груди поселилась ледяная пустота, которую ничем нельзя было заполнить. И теперь, когда он звонит, эта пустота всплывает, как будто напоминая, что никакой силы в мире не хватит, чтобы исправить прошлое.
Каждый его звонок — не просто раздражение. Это память обо всём, что он разрушил. И чем сильнее я пытаюсь оттолкнуть, тем сильнее тянет назад, к тем дням, когда я был беззащитным ребёнком и не мог защитить себя от него.