Глава 3 ᮫ ּ Ложная надежда

От лица Эшли:

Мы вышли из отеля и с первых же шагов тело отозвалось тяжёлой, тянущей болью, будто каждый нерв всё ещё помнил прошлую ночь. Движения давались с трудом, и даже обычный шаг ощущался слишком резким, слишком громким внутри меня. Том шёл рядом, поддерживая меня за руку, иногда бросая короткие взгляды неуверенные, виноватые как будто он пытался понять, не зашёл ли слишком далеко, но уже не мог ничего изменить.

Воздух снаружи казался холоднее, чем должен был быть. Город жил своей обычной жизнью, люди спешили мимо, машины шумели, но для меня всё это звучало приглушённо, будто я находилась под водой. Реальность ещё не полностью догнала меня после той ночи.

Том открыл дверь машины, помог мне сесть внутрь так аккуратно, будто я могла рассыпаться от лишнего прикосновения. Затем он обошёл автомобиль, сел на водительское место и на секунду задержал руки на руле, не заводя двигатель.

В салоне повисла тяжёлая, почти давящая тишина.

— Ты больше не будешь там работать. - тихого, уверенно произнёс Том.

Я медленно повернула к нему голову, пытаясь осознать смысл его слов сквозь усталость и боль, которая всё ещё гудела в теле.

— Всмысле? - я посмотрела на него ошарашенным взглядом.

Он даже не отвёл глаза.

— Впрямом, Эшли. Ты не будешь там больше работать, я не позволю не кому прикасаться к тебе, а трахать тем более. Ты будешь работать, и жить у меня, я заплачу тебе много.

Тишина после его слов стала ещё плотнее. Казалось, воздух в машине стал тяжелее, а пространство между нами — меньше. Я смотрела на него и пыталась понять, шутка ли это, контроль, забота или что-то ещё, чего я пока не могла назвать.

Долго колеблясь я согласилась,  после его слов, понимая что так или иначе он сделает так что бы я работала у него.

Это было не столько решение, сколько признание очевидного он не из тех, кто спрашивает дважды. И спорить с ним сейчас казалось бессмысленным, почти опасным.

Через некоторое время машина остановилась возле огромного особняка. Я подняла взгляд, не сразу веря, что это действительно его дом — слишком большой, слишком спокойный, слишком далекий от всего, что я привыкла считать нормальной жизнью.

Мы вошли внутрь.
Я почти сразу начала оглядываться, медленно, осторожно, словно боялась нарушить чужую территорию. Всё вокруг было оформлено в светлых, мягких тонах — минимализм, чистота, порядок. Это удивляло, потому что никак не сочеталось с тем, что я уже знала о Томе.

Он начал показывать мне, где что находится, спокойно, без лишних слов, будто это было чем-то обыденным.