мой
Анжелика резко высвободилась из его рук и отступила на шаг назад. В голубых глазах больше не было ни тепла, ни растерянности — только усталость и злость, слишком долго копившиеся внутри.
— Во-первых, больше никогда здесь не появляйся, — тихо, но твердо произнесла она. — А во-вторых... что тебе нужно от моего ребенка?
На последнем слове девушка сделала особый акцент, будто намеренно отделяя сына от него, вычеркивая Космоса из их жизни.
Холмогоров нахмурился.
— Я его отец. И должен быть рядом с ребенком.
Анжелика коротко усмехнулась — безрадостно и горько.
— Отец? — переспросила она. — А где ты был четыре года назад? Где ты был, когда мне было страшно? Когда я одна моталась по врачам? Когда ночами не спала с температурой у него? Тебе было плевать, Космос. По-о-о-хуй.
Она специально растянула это слово, больно ударяя им по его самолюбию.
Лика резко открыла дверь квартиры, сорвала с вешалки его куртку и швырнула ему в грудь.
— Уходи. И чтобы я тебя больше не видела.
Космос поймал куртку машинально. Несколько секунд он стоял неподвижно, глядя на нее, словно хотел что-то сказать, но слов не находилось. Анжелика уже отвернулась.
Дверь квартиры с глухим хлопком захлопнулась прямо перед его лицом.
Еще несколько секунд Космос стоял неподвижно, словно надеялся, что Анжелика сейчас откроет снова. Что скажет что-нибудь колкое, злое, но не окончательное. Что это очередная ссора, после которой она остынет, а потом позволит обнять себя.
Но за дверью было тихо.
У Космоса внутри болезненно сжалось сердце.
Он медленно опустил взгляд на куртку, которую Лика буквально вышвырнула ему в руки, и впервые за долгое время почувствовал себя по-настоящему лишним.
Не авторитетом. Не человеком, которого боятся. Не тем самым Холмогоровым.А просто мужиком, который слишком поздно понял, что потерял.
Он тяжело спустился по лестнице. В подъезде пахло сыростью, пылью и старой краской. На втором этаже кто-то ругался за стеной, где-то плакал ребенок, а с улицы доносился шум машин.
Оказавшись во дворе, Космос остановился возле подъезда и дрожащими пальцами достал сигарету.
Зажигалка с первого раза не сработала.
— Блять... — выдохнул он сквозь зубы.
Со второго раза огонь вспыхнул. Он глубоко затянулся, но даже привычный горький дым не успокаивал.
Перед глазами стояла Анжелика.
Не та девчонка из прошлого — рыжая, смешливая, доверчивая.А взрослая женщина.
— «Моего ребенка...»
Эти слова снова ударили по нему.
Моего.
Она будто специально отсекла его от сына и самое страшное — Космос понимал, что заслужил это.
Он опустил голову и с силой ударил кулаком по собственной ладони.
— Дебил... какой же дебил...
Во дворе было холодно. Осенний ветер гонял листья по мокрому асфальту, цепляясь за полы его пальто. Небо над Москвой было тяжелым, серым.
И именно в этот момент возле подъезда медленно остановилась черная иномарка.
Дорогая.Чистая.С водителем.
Космос невольно поднял взгляд.Через пару минут дверь подъезда открылась, и на улицу вышла Анжелика.На ней было светлое пальто, волосы небрежно спадали на плечи, а на руках она держала сонного Женю. Мальчик прижимался к матери щекой и что-то сонно бормотал.Лика осторожно поправила ему шапку и поцеловала в висок.
Так бережно.Так по-домашнему.Так... спокойно.
В этот момент у Космоса внутри вдруг появилось странное ощущение.Он будто смотрел на чужую жизнь.На жизнь, в которой мог быть,но не был.
Водитель быстро вышел из машины, открыл заднюю дверь.Анжелика даже не посмотрела в сторону Космоса.Будто его не существовало.Она села в машину вместе с сыном, и иномарка мягко тронулась с места.Только когда красные огни скрылись за поворотом, Холмогоров понял, что все это время стоял, задержав дыхание.
Он медленно опустился на лавку возле подъезда и провел рукой по лицу.
Деньги.Работа.Связи.
Все это внезапно показалось ему бессмысленным.
Потому что где-то сейчас ехал его сын.Ребенок, который называл его «дядя», а не как собственного отца.
Домой Космос вернулся поздно ночью.
Квартира встретила его тишиной.
Он не включал свет. Прошел на кухню, бросил ключи на стол и тяжело сел на стул.
Перед ним лежала фотография Жени, которую дала Валерия Александровна.
Космос долго смотрел на нее.
Те же глаза.
Те же губы.
Даже выражение лица было его.
Мальчик улыбался так же нагло и хитро, как когда-то улыбался сам Космос в юности.
Только в этой улыбке не было ничего плохого.
Она была чистой.
Настоящей.
— Сын... — хрипло произнес он вслух.
Это слово прозвучало непривычно.
Страшно.
Ответственно.
Он достал сигарету, но так и не закурил.
Из комнаты послышались шаги.
Юрий Ростиславович вышел на кухню в старом домашнем халате, сонно щурясь.
— Космос? Ты чего не спишь?
Тот молчал.
Отец внимательно посмотрел на сына и сразу понял: случилось что-то серьезное.
— Ты ж вроде с Белым собирался остаться.
Космос медленно поднял голову.
Глаза у него были тяжелые, потухшие.
— Бать... я, оказывается, тоже батя.
Юрий Ростиславович застыл.
— Чего?.. Так... Подожди. Кто-то ждет от тебя ребенка?
— Нет.
Юрий Ростиславович нахмурился.
— Тогда я ничего не понимаю.
Космос провел ладонью по лицу и тихо ответил:
— Помнишь Анжелику?
Лицо мужчины сразу смягчилось.
— Конечно помню. Хорошая девочка... светлая.
— Она родила от меня сына. Четыре года назад.
В кухне повисла тяжелая тишина.
— Я даже не знал... — продолжил Космос. — Она звонила мне тогда. Несколько раз. А я... не ответил.
Голос его дрогнул.
Отец долго молчал, потом медленно закурил трубку.
— Наломал ты дров, сын.
Космос усмехнулся — зло и устало.
— Сам знаю.
— И что теперь собираешься делать?
Он опустил взгляд.
Юрий Ростиславович закрыл глаза.В его взгляде не было злости.Только разочарование.Тяжелое, взрослое.
Космос молчал.Он и сам это понимал.Впервые в жизни ему нечем было оправдаться.Ни делами.Ни друзьями.Ни «важными вопросами».Потому что против ребенка это все выглядело жалко.
— Я сегодня увидел его... — тихо сказал Космос. — Он ко мне подошел, руку протянул... улыбался...
Голос предательски дрогнул.
— И даже не знает, кто я такой.
Отец медленно закурил трубку.
— А Анжелика?
Космос горько усмехнулся.
— Она изменилась, — тихо сказал Космос. — Стала сильной. Уверенной. И... очень красивой.
Отец понимающе кивнул.
— Такие женщины редко остаются одни. Тем более — как Анжелика.
Холмогоров достал из кармана фотографию Жени и протянул отцу.
Юрий Ростиславович долго рассматривал снимок, затем тяжело вздохнул.
— Копия ты.
На фотографии мальчик широко улыбался, прижимая к груди игрушечный самолет. Те же светлые глаза. Те же темные волосы. Даже улыбка была холмогоровская — хитрая, живая.
— У тебя уже могла быть семья, — тихо произнес отец. — Нормальная жизнь. А теперь придется заново учиться быть отцом.
Космос сжал фотографию пальцами.
— Думаешь, она позволит?
— Если умный будешь — может быть. Только не лезь к ней сразу с любовью и обещаниями. Начни с ребенка. Докажи, что ты не исчезнешь снова.
Космос медленно кивнул.
Впервые за долгое время ему стало по-настоящему страшно.
Не за себя.
За то, что однажды Женя посмотрит на него так же холодно, как сегодня смотрела Анжелика.
На следующее утро Космос почти не спал.
Он приехал в офис раньше остальных и теперь сидел за длинным столом в кабинете, медленно крутя в пальцах зажигалку. За окном тянулось серое московское утро, по стеклу лениво стекали капли дождя, а в голове у Холмогорова стоял только один образ — Анжелика с ребенком на руках.
Его сын.
До сих пор эта мысль казалась какой-то нереальной.
Космос тяжело потер лицо ладонями и закурил очередную сигарету.
Когда в кабинет вошел Пчела, он сразу заметил состояние друга.
— Ты чего такой убитый? — спросил Витя, бросая ключи на стол.
Космос молча поднял на него взгляд.
— Я, походу, отец.
Пчелкин застыл.
— Чего?..
Через десять минут в кабинете уже сидели все четверо.
Белый хмурился, Валера спокойно пил кофе, а Пчела то и дело удивленно качал головой.
Космос коротко рассказал обо всем: про передачу по телевизору, про Женю, про разговор с Валерией Александровной и про вчерашнюю встречу с Анжеликой.
Когда он закончил, в кабинете повисла тишина.
Первым заговорил Филатов.
— Знаешь, Кос... вообще не удивительно.
Он спокойно отпил кофе.
Саша сразу нахмурился.
— Да тебе, Фил, вообще всё в жизни не удивительно.
— Потому что я ему еще тогда говорил, — невозмутимо ответил Валера. — Не проебывай девку. А он? «Да никуда она не денется».
Пчела усмехнулся и ткнул Космоса локтем.
— А сколько он тебя учил, Сань. Помнишь? Всё: «Кос, тормози, Кос, остынь».
Белый вздохнул и посмотрел на друга уже серьезнее.
— Ну что... разгребай теперь, батя.
Космос невесело усмехнулся.
— Буду. Что поделать.
На секунду в его голосе прозвучало что-то непривычное — не наглость и не самоуверенность, а растерянность.
Саша хлопнул его по плечу.
— Значит, отвлекись пока. Завтра свадьба у нас с Олькой. Надо быть в хорошем настроении.
— И то верно, — тихо ответил Космос.
Но мыслями он все равно был далеко.
Тем временем Валерия Александровна почти весь день разговаривала с дочерью.
Анжелика нервничала.
Раздражалась.
Пыталась уйти от разговора.
— Мам, я не хочу снова впускать его в свою жизнь, — устало сказала она, стоя возле окна с чашкой остывшего кофе. — Ты же прекрасно знаешь, чем это закончится.
— А я не говорю тебе сразу бросаться ему на шею, — спокойно ответила мать.
— Где был этот отец раньше?
Валерия Александровна тяжело вздохнула.
— Дураком был.
Анжелика невесело усмехнулась.
— Он и сейчас такой же.
Следующий день выдался шумным и светлым.
Свадьбу Саша и Ольга решили отмечать в хорошем ресторане в центре Москвы. Зал сиял огнями, повсюду стояли белые цветы, играла музыка, гости смеялись и поздравляли молодоженов.
Белый выглядел непривычно счастливым.
Ольга почти светилась рядом с ним.
Когда все гости уже собрались, стало понятно, что не хватает только двух человек.
Ольга то и дело поглядывала на вход.
— Да приедет она, — успокаивал ее Саша.
И словно в подтверждение его слов двери ресторана открылись.
Разговоры в зале на секунду стихли.
В помещение вошла Анжелика.
Космос поднял взгляд — и замер.
На ней было длинное черное платье с полупрозрачными рукавами и открытой спиной. Ткань мягко облегала фигуру, подчеркивая тонкую талию и плавность движений. Волосы были собраны в высокий пучок из крупных рыжеватых кудрей, а несколько прядей мягко спадали вдоль лица.
Украшения на ее руках и шее мерцали в свете люстр.
Она выглядела дорого.
Красиво.
По-взрослому.
И совершенно недосягаемо.
Рядом с ней стоял Женя — маленький, серьезный, в темном костюме и блестящих лаковых туфлях. Он крепко держал мать за руку и с любопытством рассматривал зал.
Мужская половина гостей оживилась сразу.Кто-то обернулся.Кто-то откровенно засмотрелся.Даже официанты проводили ее взглядом.
Ольга тут же подбежала к подруге и крепко обняла ее.
— Наконец-то!
— Как я могла пропустить твою свадьбу? — тепло улыбнулась Анжелика.
Женя тут же потянулся к Оле.
— Тетя Оля!
— Женечка мой! — рассмеялась девушка, обнимая мальчика.
Пчела наклонился к Космосу и тихо присвистнул:
— Псс... Кос. Это че, та самая?
Космос медленно кивнул.
Он почти не слышал ничего вокруг.
Только смотрел на Анжелику.
На то, как она улыбается,Как поправляет сыну галстук.Как спокойно разговаривает с гостями и внутри у него болезненно сжималось сердце.Потому что он вдруг понял: Она научилась жить без него.Когда очередь дошла до поздравлений, Анжелика поднялась со своего места.
В зале сразу стало тише.
Она подошла к Ольге, взяла ее за руки и улыбнулась так искренне, что даже Саша невольно смягчился.
— Оленька... ты мой самый близкий человек. Мы с тобой почти всю жизнь вместе. И я очень благодарна судьбе за тебя.
Голос у нее был мягкий и теплый.
— Я хочу, чтобы ты была счастлива. Чтобы рядом с Сашей ты всегда чувствовала себя любимой, защищенной и нужной. Берегите друг друга... это самое главное.
У Ольги даже глаза заблестели от слез.А Женя вдруг громко хлопнул в ладоши.
— Тетя Оля, поздравляю!
Гости рассмеялись.
Ольга тут же обняла мальчика.Анжелика обняла подругу, затем Сашу, и на мгновение Космосу показалось, будто перед ним снова та самая Лика из прошлого.Только теперь она стала сильнее.
За весь вечер Космос почти не сводил с нее глаз.Иногда пил, молчал.Иногда ловил на себе внимательные взгляды друзей.
А мужчины вокруг действительно смотрели на Анжелику слишком долго.
Холостые гости пытались заговорить с ней.Кто-то приглашал танцевать,кто-то приносил шампанское,но она вежливо отказывала всем и это почему-то давало Космосу странную надежду.
Позднее Анжелика вышла на улицу.Космос почти сразу пошел за ней.
На улице было прохладно. Вечерний воздух пах мокрым асфальтом и осенью.Женя сидел неподалеку на качелях и тихо раскачивался, счастливо болтая ногами.
Космос закурил и посмотрел в темное небо.
— Здравствуй, — первой тихо сказала Анжелика.
— Привет... Не ожидал тебя тут увидеть. Так вот кто у Ольки лучшая подруга.
Лика чуть улыбнулась.
— Олька всегда была моей семьей.
Несколько секунд они молчали.
Оба смотрели на Женю.На своего сына.
— Ангелин... — тихо начал Космос. — Разреши мне видеться с ним. Хочешь — только при тебе.
Девушка поджала губы.В ее глазах мелькнуло сомнение.
— Я подумаю, — наконец ответила она. — Ему действительно нужен отец. Всем детям нужны мать и отец... но смотря какие.
Космос медленно кивнул.Он понимал этот укол.Заслужил.
— Он знает обо мне что-нибудь?
Анжелика невольно усмехнулась.
— По его мнению, ты космонавт и решаешь очень важные вопросы.
Космос тихо рассмеялся и почему-то именно от этой детской фразы у него сжало горло сильнее всего.
— Как с тобой связаться?
Анжелика достала из маленькой сумочки визитку и протянула ему.
Их пальцы случайно соприкоснулись.Совсем на секунду.Но этого хватило, чтобы внутри у Космоса снова все перевернулось. Анжелика была невозмутимо спокойной, ее это никак не волновало.
— Спасибо, — тихо сказал он.
Она лишь коротко кивнула.Потом подошла к Жене, подняла его на руки и мягко улыбнулась.
— Скоро домой поедем, котенок.
— Харашо! Мам, а тут дядя Космос?
Лика на мгновение замерла.
А потом спокойно ответила:
— Да. Дядя Космос.
И ушла обратно в зал,а Космос еще долго стоял на улице с визиткой в руке и смотрел ей вслед.
Слишком поздно понимая, насколько сильно когда-то любил эту женщину.
Анжелика начала собираться ближе к полуночи. Музыка в зале становилась громче, гости — веселее, а воздух уже был густо пропитан запахом шампанского, духов и табака. За длинными столами звенели бокалы, кто-то громко смеялся, кто-то спорил о чем-то, перебивая музыку, а молодые кружились в центре зала под медленную песню.
Женя устало тер глазки и все чаще прижимался к матери. Его аккуратный галстук давно съехал набок, а лакированные ботиночки уже явно надоели мальчику.
— Мам... я спать хочу, — сонно протянул он, уткнувшись носом ей в плечо.
Анжелика тут же смягчилась. Весь вечер она держалась уверенно и ровно, но рядом с сыном становилась совсем другой — теплой, ласковой, домашней.
— Потерпи чуть-чуть, котенок. Сейчас поедем.
Она осторожно поправила темные волосы мальчика и поцеловала его в висок.
Ольга, заметив, что подруга собирается уходить, сразу подошла к ней.
— Уже уезжаешь?
— Да. Женька совсем устал.
— Жалко... — невеста крепко обняла подругу. — Спасибо, что приехала. Ты даже не представляешь, как я рада была тебя увидеть.
— Я бы не пропустила твою свадьбу ни за что.
Женя сонно поднял голову.
— Тетя Оля... пока...
Ольга тут же растроганно улыбнулась и присела перед ним.
— Пока, мужчина мой маленький. Спасибо, что пришел.
Мальчик важно кивнул, отчего все вокруг тихо засмеялись.
В этот момент к ним снова подошел какой-то мужчина из гостей — высокий, в дорогом сером костюме. За весь вечер он уже несколько раз поглядывал на Анжелику.
— Может, все-таки подарите один танец перед уходом?
Анжелика вежливо улыбнулась, но глаза остались прохладными.
— Извините. Нам правда уже пора.
— Жаль.
Мужчина нехотя отступил, а Космос, наблюдавший за этим со стороны, медленно сжал стакан в руке.
Он видел взгляды мужчин. Видел, как они смотрели на нее. И впервые за долгое время ощущал непривычную ревность,какой-то тяжелый, неприятный страх.Потому что теперь Анжелика была не просто его бывшей девчонкой из юности.Она стала женщиной, которую могли увести окончательно.Красивой. Уверенной. Самостоятельной.И самое страшное — счастливой без него.
Пока Анжелика прощалась с гостями, Космос не сводил с нее глаз. Черное полупрозрачное платье мягко переливалось в свете ресторанных ламп, тонкие украшения поблескивали на ее руках, а выбившиеся из высокой прически кудри делали ее еще красивее.Когда-то она смотрела только на него.Теперь же ее взгляд скользил мимо.Будто между ними действительно прошло не четыре года, а целая жизнь.Анжелика надела длинное светлое пальто, поправила ремешок сумки и взяла сонного Женю на руки. Мальчик тут же обнял мать за шею.
— До свидания, — спокойно сказала она всем.
— Пока! — сонно махнул Женя маленькой ладошкой.
Ольга снова обняла подругу.
— Позвони, как доедешь.
— Позвоню.
Космос стоял чуть поодаль. Он хотел подойти. Хотел сказать что-то еще. Хотел хотя бы помочь донести ребенка до машины,но почему-то не решился.Анжелика сама прошла мимо него.Только возле дверей на секунду остановилась.
— До свидания, Космос.
Голос был спокойный. Без злости. Без тепла.
И именно это ударило сильнее всего.
— Пока.. — хрипло ответил он.
Она ушла.Через огромные панорамные окна ресторана он видел, как Анжелика осторожно посадила сына в машину, укрыла его маленьким пледом, сама села рядом — и автомобиль плавно тронулся с места.Космос долго смотрел вслед исчезающим фарам.Слишком долго.
— Че завис? — рядом появился Пчела с бокалом. — Уехала уже.
Холмогоров медленно выдохнул сигаретный дым.
— Видел.
— Красивая баба, конечно.
Космос промолчал.
Пчела покосился на друга внимательнее и уже серьезнее добавил:
— Только теперь, брат... она уже не та девчонка, которая за тобой бегала. Она не твоя.
— Знаю.
И он действительно это понимал.
Весь этот вечер открыл ему то, чего он раньше упрямо не хотел замечать.Анжелика научилась жить без него.Научилась быть счастливой.У нее появились деньги, работа, связи, сцена, собственная жизнь, ребенок... целый мир, в котором Космоса больше не было. И самое страшное заключалось в том, что она даже не пыталась сделать ему больно.Не устраивала сцен.Не мстила.Не унижала.Она просто... отпустила его когда-то.А теперь он впервые по-настоящему испугался, что может уже никогда не вернуть ни ее, ни сына.