10 глава

От лица Ариеса

В семь я спустился на кухню.

Эля колдовала у плиты. На ней был простой серый свитер, слишком большой, явно не её — такие носят годами, растягивают, делают уютными. Волосы собраны в небрежный пучок, из которого выбиваются непослушные пряди. Она напевала что-то себе под нос, помешивая содержимое кастрюли.

Я остановился в дверях, не решаясь нарушить эту картину.

— Подслушиваешь? — спросила она, не оборачиваясь. — Нехорошо.

— Не подслушиваю. Наслаждаюсь видом.

Она резко обернулась, вглядываясь в моё лицо — проверяя, не шучу ли. Я не шутил.

— Ладно, садись, — она кивнула на стол. — Сейчас будет готово.

Ужин был простым: паста с грибами в сливочном соусе, салат, домашний лимонад. Но это была лучшая еда, которую я ел за последние... даже не вспомню сколько.

Мы говорили о всякой ерунде. Она рассказывала, как в детстве пыталась испечь торт и чуть не сожгла кухню. Я — как впервые стрелял из пистолета и промазал по мишени, зато попал в банку с краской, которая взорвалась и обрызгала отца.

— И что он? — спросила Эля, смеясь.

— Сказал: «Сынок, ты либо снайпер, либо диверсант. Третьего не дано».

— А ты?

— А я подумал, что диверсантом быть круче.

Она рассмеялась — тем самым смехом, с запрокинутой головой. Я смотрел и не мог отвести взгляд.

В какой-то момент наши руки встретились на скатерти — оба потянулись за солонкой. Я отдернул пальцы первым, но её тепло ещё долго чувствовал на коже.

После ужина она мыла посуду, я вытирал. Мы молчали, но молчание было лёгким, почти уютным.

— Спасибо, — сказал я, когда тарелки были убраны. — Было вкусно.

— Обращайся, — она улыбнулась. — Повар вернётся через три дня. Можешь заказывать.

— Я запомню.

Мы разошлись по своим крыльям.

Это стало ритуалом — после ужина она уходит в левую часть дома, я — в правую. Два часа назад мы сидели за одним столом, ели пасту с грибами, смеялись над глупостями, и её рука была так близко, что я чувствовал тепло даже сквозь воздух.

А теперь я сидел в кабинете, смотрел в тёмное окно и пытался понять, когда именно перестал контролировать ситуацию.

Не клан. Не войну. Себя.

На столе остывал кофе. Я сделал глоток — горький, без сахара, как я люблю. Вкус почти не чувствовал.