18 глава

(От лица Элеоноры)

Сегодня я впервые за долгое время выспалась.

Проснулась в девять утра — сама, без будильника, с удивительно лёгкой головой и чувством, что мир не так уж плох. За окном серело осеннее утро, где-то в доме уже шуршала прислуга, а в груди теплилось то самое, вчерашнее, от чего хотелось улыбаться без причины.

Я улыбнулась.

Арес.

Вчерашний вечер. Камин. Его история. Поцелуй.

Я коснулась пальцами губ и снова улыбнулась.

— Так, — сказала я себе вслух. — Хватит раскисать. Работа ждёт.

Я быстро привела себя в порядок — душ, лёгкий макияж, удобный домашний костюм (сегодня можно не наряжаться, сегодня я буду работать из дома). Позавтракала на скорую руку и устроилась в своём кабинете с ноутбуком и чашкой зелёного чая.

Первым делом — созвон с ребятами из финансового отдела.

— Так, народ, — сказала я, когда на экране появились знакомые лица. — Я вернулась. Не совсем, но вернулась. Рассказывайте, что тут у вас без меня творилось.

Они рассказывали. Два часа пролетели незаметно — отчёты, цифры, проблемы, которые нужно было решить ещё вчера. Я слушала, задавала вопросы, делала пометки. Всё вставало на свои места.

— Андрей, — обратилась я к своему заму, — мне нужны документы за последние две недели. Все движения по крупным счетам. Лично перепроверю.

— Уже в курьере, — ответил он. — Через час будут.

— Отлично.

Пока ждала документы, позвонила мама.

— Алло, мам? — я ответила почти сразу, хотя экран показывал 13:23. — Что-то случилось?

— Привет, доченька! — голос у мамы был бодрым, даже слишком. — Всё хорошо, просто позвонила тебе. Отец сказал, что тебя к работе вернули.

Я закатила глаза, но улыбнулась.

— Да, мам. Муженёк мой разрешил, — я специально выделила слово «разрешил» ироничной интонацией. — Правда, пока только из дома. Под охраной, как ценный экспонат.

— Ну и хорошо, — мама вздохнула. — А то я уже волновалась. Ты там, наверное, с ума сходила без дела?

— Сходила, — призналась я. — Даже еще больше рисовать начала.

— Еще? — мама оживилась. — Это прекрасно! Ты же так любила в детстве. Помнишь, у тебя даже выставка была?

— Помню, мам. Всё помню.

Мы поболтали о папе (он совсем заработался, не ужинает дома, мама грозилась сковородкой), о погоде (дожди зарядили, как назло), о Стеше (она всё ещё не отвечает Данте, и мама считает это «стратегической ошибкой»).

— Мам, ну что ты хочешь, — вздохнула я. — Стеша взрослая девочка, сама разберётся.

— Взрослая, — согласилась мама. — А дура. Как и ты.

— Мама!