"Ко мне или ко мне?" - что из себя представляет пространство вариантов?

1 - Антон

- Ты издеваешься? – Он резко сел на кровати, - Что за приколы? Я тебя хочу, ты меня тоже, я вижу, и в чем проблема тогда?

- Хватит орать на меня. – Я облокотилась на стену и положила руки на колени.

- Я не ору, просто я этого не понимаю, а ты не хочешь объяснять. Ты точно не девственница?

Я подняла бровь и сделала такую гримасу, которую нельзя назвать улыбкой, со звуком, который нельзя назвать смехом.

- Мне надоело, меня просто тошнит от этих разговоров. Если я скажу, что у меня предчувствие, что не хочу, чтобы все было вот так. Ты пьяный! И, вообще-то, мы договаривались, что я приеду поспать с тобой, потому что тебе грустно, и ты не можешь уснуть.

- Да, все так и было, но я не могу спокойно лежать и спать, когда рядом со мной лежит такая девушка. - Он снова упал на подушку. - Я бы даже с сестрой в одной кровати спать не смог.

- Господи, окей, если все это ради элементарного секса, то завтра я приеду и разберемся, договорились? – Я легла. - А теперь давай спать, ладно?

- Иди ко мне.

Я повернулась на бок, поднялась и собрала волосы рукой, а потом легла на них так, чтобы они не мешали ему. Он обнял меня одной рукой и поцеловал плечо. На нем были боксеры, а на мне штаны и короткая кофта с длинным рукавом. Все окна были закрыты, в квартире стоял кисловатый душный запах. Я смотрела в стену и думала, что уже слишком светло, то ли глаза так привыкли к темноте, то ли уже наступает утро, сейчас светает примерно в девять.

Не знаю, сколько прошло времени, кажется, минуты три или пять, как он заснул. Увы, сон его не сопровождался ровным и спокойным дыханием, скорее оно напоминало рокотание Снежного Человека в ледяных скалах какой-нибудь Новой Земли. Хотелось стонать и плакать. Я жалела, что не умею свистеть или не знаю других приёмов. А потом мне стало смешно, потому что я ни разу не спала под такой мелодичный храп. Обычно храпят дедушки, или папы, на худой конец, но, чтобы заливался и захлебывался такой альфа, как Антон, да, это удар по репутации и да, это смешно.

Смирившись с тем, что заснуть у меня не получится, я взяла телефон и пошла курить на кухню. На столе стояла железная пепельница – сувенир, наверное, по краю написано «Амстердам». Свои сигареты я оставила дома, поэтому достала тонкий Винстон, полпачки мне отсыпал его друг.

Весь день я лежала дома на диване, смотрела мультики и спала, а к вечеру меня накрыла волна энтузиазма такого масштаба, что и до Антона докатилась. Он позвал меня к себе, посидеть с его друзьями и остаться на ночь. План не особо впечатляющий, но почему бы и да, собственно?

Я пила пиво, чтобы войти в кондицию компании, не за, и не с ними, а скорее для них. Скучно, но ладно. Так мы просидели пару часов, общались, но беседа была вялая. Субботний вечер, у всех похмелье с пятницы, оно же будет и в воскресенье. Это состояние, когда мысли в голове липкие и противное ощущение дурноты держится во всем теле.

Не люблю знакомиться с друзьями человека, в чувствах к которому я толком не разобралась. Он, как будто специально, впихивает меня в свою жизнь, облепляя новыми знакомыми, а они разбрасывают вокруг свою безумную любовь к нему, истории из жизни и все это с таким приторным вкусом ностальгии, что меня начинает морозить и тошнить. Это не честно! Но сейчас над всем нашим общением еще и довлеет жалость.

Моя жалость к нему. С нее-то все и началось, с моего неумения поддерживать и супер-способности понимать и принимать чувства других людей, пропуская через себя. Самоубийство его отца. Его отец выстрелил себе в голову из ружья. А я сижу на кухне, курю под храп, ощущая себя динамщицей и истеричкой. Неожиданный поворот. Ситуация нетипичная, но достаточно предсказуемая, потому что всегда сомнения порождают сомнения, вызывая удушье, как сухие сопли в носу или запах изо рта утром после пьянки.

Я пыталась разложить по полочкам в голове то, что произошло между нами. Во-первых, мы точно не будем вместе. Во-вторых, я ничего не хочу решать.

Поворотом не туда стал первый поцелуй. Мы легли спать и, как это обычно бывает, его рот упал на мои губы. А чтобы было понятно на берегу, его губы найти почти невозможно, учитывая их крошечный размер и поповскую бороду. Сухо, но при этом с причмокиванием. Первой мыслью было: «так вот, почему парней бесят волосы во время поцелуя!» По моему плечу неуверенно, но быстро двигалась его трясущаяся влажная рука, спускаясь под кофту, касаясь голого живота.

Разочарование? Ещё какое, хотелось тянуть протяжное «нет», драть себя за волосы и вопить: «почему ж так мерзко?» Делать нечего, здравствуй, старый добрый спектакль, который каждая ни раз разыгрывала в подобной ситуации. Девушки, которые могут переспать, а еще и ни раз с человеком, который им интересен как личность, но невероятно противен в физическом плане, либо мазохистски, либо героини. И человека обидеть жалко, и через себя переступать тоже не выход – наверное, так расшифровывается подход «возбудим и не дадим».

Пятнадцать минут, и я поняла, что парой мы никогда не станем, друзьями тоже вряд ли, поэтому, не будь я изуродована эмоциями и чувствами, то встала бы и попрощалась навсегда.

2 - Леша

Будильник еще не звонил. Открыл глаза, комната залита оранжевым светом. Мама заходила ночью и задернула шторы, чтобы я не проснулся от яркого солнца. Наверняка, собрала мои вещи с пола, открыла форточку на проветривание, и на завтрак оставила чего-нибудь, уходя на работу. Мне нравится, что есть кому позаботиться обо мне. Да, иногда материнской нежности недостаточно, но зато она самая честная на свете.

В шестнадцать всех подростков бесит лишняя опека, внимание, вопросы. Жесткая, сильная женщина, знающая цену себе и своему мнению. Интересная, с фантазией, творческая, но собранная и организованная. Мама умеет держать под контролем себя, ситуацию и всех, кто даже случайно оказался рядом. Поэтому пока все друзья пытались убежать из дома, я отрывался, а потом бежал прятаться домой. Я уважаю маму, она меня тоже.

Взял телефон с тумбочки. Разрядился, понятно. Часы я, по-моему, снимал уже лежа на кровати, значит, они на полу. Да, так и есть. Время полдень. Через час нужно выйти из дома.

Интересно, где она? Чем сейчас занимается? Наверное, тусила где-то вчера и тоже только проснулась. А вдруг, она дома, пишет там себе чего-нибудь. Или проснулась и пошла в душ. Кто ей готовит завтрак? Вроде бы говорила, что живет с Аней и соседом. Что за сосед? Сколько комнат в их квартире? Не знаю. Главное, чтобы просто все хорошо у неё было.

Это не моя жизнь, моя вот здесь. Я встал и достал из тумбочки зарядник для телефона.

Доброе утро. Как спалось?

Привет, хорошо. Как вчера поработал?

Как обычно, все окей.

На собеседование пойдешь?

Да, я же обещал.

Я тебя не заставляла, мы все решили вместе.

Да, я помню.

Я люблю тебя и соскучилась.

Я тоже.

Из меня никогда не получится администратора, продавца-консультанта или еще кого-то в этом роде. И мне совершенно не интересен рост до директора филиала, плевать я хотел на полный соц-пакет и официальное трудоустройство. Я люблю свою работу. Да, она не самая нормальная в мире. Да, не самая престижная. Да, хочу другого, и она знает, что не этого, но пытается помочь. Зачем? Это раздражает меня.

Я оставил телефон и встал. Из зеркала на меня смотрел гомункул с большим потенциалом. Весь серого цвета, синяки от глаз и до самых колен. Завидный сотрудник? Уверен, в самсунге не смогут устоять. Я согласился пойти на собеседование не от большого желания или обещанных перспектив, про которые она постоянно говорила. Мне хочется только одного, чтобы меня не взяли, а эта тема была в очередной раз отложена на неопределенный срок.

Сигареты кончались вчера еще в начале вечера. Не купил, значит, придется идти на преступление. Я зашел к маме в спальню. Она не курит, но в нижнем ящике комода я еще лет пять назад обнаружил пачку мальборо голд, периодически цеплял оттуда по одной. Если она открывает бутылку вина, то будет курить.

Я вышел на балкон, захлопнув вечно не закрывающуюся дверь. Мне захотелось сесть на пол, вытянуть ноги, даже лечь. Растянуться во весь рост на полу и закурить сигарету. Конечно, я просто встал у открытого окна, взял с подоконника зажигалку.

Интересно, где она покупает сигареты? Где придется или всегда в одном месте? Может быть есть у нее ларек возле дома, где работает продавцом грубая молодая девица или милая женщина. И они знают ее в лицо, знают, какие она всегда берет сигареты. Наличными или безнал?

Она, наверное, не курит на ходу. Отойдет, встанет чуть в стороне и закурит, глядя на прохожих. Вот, интересно, где она? Чем сейчас занимается?

Я стоял и думал о красивой девушке. Не о моей. О свободной девушке, которую не знаю, и узнавать бы мне ее совсем нежелательно. Но она много говорит, часто смеется и слушает меня с открытым ртом. Чтобы о ней не думать, надо ее не видеть, да? Наверное.

3 - Илья

Я стоял, оперевшись на кухонную столешницу, заваленную грязной посудой. Меня мутило, тошнило, болела голова и хотелось спать, но сильнее просто умереть часов на четырнадцать. Завтра понедельник? Тогда лучше на тридцать восемь. Проснуться, а уже вторник.

Даже моргать было невозможно, тупая боль в висках каждый раз становилась сильнее, если слишком зажмуришь глаза. Поэтому я залип в то место, где лучше бы быть пустоте, но вместо этого висела картина. Вульгарный гиперреализм.

- Катя скоро приехать должна. - Антон положил телефон на стол, прочитав сообщение.

Катя. Антон познакомил меня, Никиту и Рому с ней в баре спустя несколько дней после смерти его отца. По-моему, это даже был день похорон, мы приехали ночью, чтобы поддержать его и пьяного увезти домой. Он висел на ней часа три. Казалось, что заплачет либо он, либо она.

Длинноногая высокая девушка, она выше Антона. Красивая, смеялась очень много, стеснялась, нервничала. На нас тогда она даже и не смотрела, Антошино горе поглотило все ее внимание. Слишком красивая для него.

Я курю тонкие сигареты. Непостоянно, но тем не менее, я люблю курить тонкие сигареты. Если они крепкие, то получается быстрее, чем с толстыми. Поэтому я и достал свою тонкую сигарету, взяв со стола блюдце, служившее пепельницей. Я так и смотрел на эту мерзкую картину, доминанта сменилась, голова перестала болеть.

Антон не трезвел уже четыре дня, и объем алкоголя интенсивно набирал обороты. Смерть он запивал всем от чего можно блевать. Зрелище удручающее. Время десять вечера, он сидит растянувшись на двух стульях с бутылкой пива, жует засохшие роллы и завывает какую-то песню Басты с набитым ртом. В квартире стоит кислый запах перегара. Сейчас сюда приедет красивая девушка. К нему. Зачем?

Мне бы надо было уйти раньше, чем пришла она, но я не смог. Захотелось еще разок на нее посмотреть, послушать, как она будет смеяться. В глубине души я надеялся, что она увидит Антона в таком состоянии, разочаруется, хотя знал, что скорее всего она искренне его пожалеет, а ему этого и хочется.

- Привет всем! - Она зашла в кухню без сумки, в джинсах и мужской кофте, накрашенная и с укладкой. Опять красивая.

- Илья, Ксюша. - Он показал на меня и на Ксюху, которая почти спала за столом, я помахал бутылкой пива в руке.

- Я помню, мы знакомились уже. - Она села на стул, подобрав под себя длинные ноги. - В честь чего застолье?

- Я проснулся где-то около шести, вышел за сигаретами, встретил Ксю. Решили, надо устроить воскресный отходняк у меня, а потом и Илюха подъехал. - Антон достал из пакета бутылку и протянул Кате, - будешь?

- Судя по вам, надо бы. - Она взяла пиво и поставила рядом на стол. - Я сигареты дома забыла, возьму?

- Конечно. - Антон кинул через стол пачку Парламента.

Училась она на ветеринара, а потом рекламой занялась, сейчас с работой головняки. Совсем чуть-чуть рассказала о себе. Антон все это уже слышал, а она почти все говорила для него. Я смотрел на то, как ее взгляд внимательно за ним следит. Хотел понять, влюбилась или жалеет? Так и не смог понять, она улыбалась, а я сбивался из-за этого.

- Илюха у нас рэпер, кстати. - Антон пытался найти какой-то трек у себя в аудиозаписях, еле-еле удерживая в руке телефон.

- Серьезно? - Она, кажется, обратилась ко мне.

- Ага.

- Это круто. Давно ты музыкой занимаешься? - Она уперлась локтем в подбородок и смотрела на меня во все глаза, как обезьянка, забавно.

- Всю жизнь, наверное, сколько я себя помню.

- Ну че, Илюха, зачитай нам. - Антон размахнулся, чтобы хлопнуть себя по колену и задел локтем бутылку, пиво вылилась на него. - Какого хрена? - Он подскочил и стал размазывать пену кухонным полотенцем. Меня чуть не вывернуло. Тема была закрыта.

- Такс, надо бы нам собираться, да? - Ксюша дама значительных объемов. Она грациозно кинула в рот несколько сухариков и встала из-за стола. - Пойдем? - Это уже было мне.

- Да, пора.

Антон ушел в комнату, чтобы переодеться, но думаю, просто упал на кровать и старался сдерживать все выпитое в рамках своего организма.

- Давай, я тебе сигарет отсыплю? - Я достал из кармана пачку и протянул Кате.

- Боженька, спасибо большое. - Она глянула на стол. - А куда?

- Я просто себе парочку возьму, а остальные забирай с пачкой. - Она взяла ее и пошла за мной в коридор, провожать нас.

Я обувался и думал о том, что сейчас будет происходить в этой квартире после нашего ухода. Останется ли она? Секса точно не будет - Антон не в состоянии даже сидеть не шатаясь. Катя обнялась с Ксюшей, а потом сделала шаг ко мне, чисто механически я обнял ее одной рукой. Мое лицо в критические моменты редко меня подводит. Когда мне нужно сохранить самообладание, ни одна морщинка не дрогнет. Лицо кирпичом.

Дверь закрылась. Ксюша вызывала лифт.

- Симпатичная девчонка.

- Ага, - я надел шапку.

- Антоша молодец. - Она развернулась ко мне. - Ты, я смотрю, тоже оценил.

- В смысле? - Честно говоря, не думал, что кто-то обратил на меня внимание в том разговоре.

- Да видела я, как ты на нее смотрел, мне-то не ври.

- Смотрел да смотрел, что нельзя? - Мы зашли в лифт.

- Не пара она ему.

- Это точно.

Мы с Ксюшей учились вместе в старших классах, она была новенькой, но дерзкой и адекватной, умела посмеяться над собой, дать хорошего леща и поставить на место любого.

- Тебе, думаешь, пара? - Она хмыкнула.

- Хрень, я об этом и не думал даже.

- Зря, дорогой, очень зря. - Она застегнула молнию куртки и вышла из лифта.

4 - ?

Я разбирал пустые бутылки, стоящие на столе, пытаясь найти свое пиво. Кажется, столько мы не покупали, по-моему, Толик не убрал их с прошлых выходных. Я взял закрытую и тарелку с чипсами.

- Ты свинья. - Я сел на диван рядом с Машей, девушкой Толика. - Скоро у тебя тараканы в лапше заведуться. - Как ты сюда приходить не боишься? - Я толкнул Машу локтем.

- Я убираюсь иногда, но редко, чтобы он не привыкал. - Она ответила, не отводя глаз от экрана - напряженный поединок, они играли в плойку.

- Какие у вас планы? - Я погладил Соню, который мурчал на подлокотнике, прося чипсов.

- Выгнать тебя, придаться сладострастному греху и отрубиться. - Толик глотнул пива и злорадно глянул на меня.

- Ничего нового.

Маша и Толя встречались столько, сколько я вообще их знаю. Еще со школы они всегда держались рядышком. Вместе сидели за партой, вместе играли в футбол, вместе получали от учителей, вместе влезали в разборки. Казалось, что они брат с сестрой, а потом, неожиданно для всех, на первом курсе объявили себя парой. Прошло девять лет, они до сих пор вместе, но сейчас живут раздельно. У Машиной мамы рак желудка, состояние критическое, она живет с ней.

- Ты когда уезжаешь? - Довольная победой, она отложила джойстик, и взяла горсть чипсов.

- На следующей неделе. На среду билеты взял. - Я улетаю в Грузию на две недели.

- Сколько заказов нашел? - Толик развернулся к нам.

- Нормально так, на самом деле. Три свадьбы, для двух ресторанов меню, ну, и лайфстайл видео, как обычно. Там пара спонсоров тоже есть. Шмотки, часы. А, турагентство еще связалось. - Я снимаю видео, занимаюсь фотографией, но значительно меньше, самое любимое это съемки природы.

- Красавчик.

Толик обнял Машин ноги, так они с Соней и лежали, оба закрыв глаза. Я подумал, жаль, что со мной нет камеры, красивый получился бы кадр. Синий свет телевизора, красный свет лава-лампы. Машины комнатные цветы создают странные цветные тени на белых стенах. Неправильные линии и неон, мне нравится.

Пузырьки поднялись по бутылке и ударили мне в нос, я чихнул. Соня испугался и убежал, Маша повернулась, Толик поднялся.

- Будь здоров. - Магия кончилась.

- Ага, спасибо, - я допил пиво. - Ладно, пошел я.

До меня было идти не близко, но на улице тепло, нет ветра, поразительно тепло до апреля. И не то чтобы я любитель прогулок, но выбора особо нет, два часа ночи - метро закрыто.

Я живу в новенькой студии с неоправданно высокой арендной платой. Честно признаюсь, плачу за вид и идеальную кухню. Газ, все готовится просто моментально, гарнитур с островом, нет висящих шкафов, двухстворчатый холодильник. Кухня моей мечты. Раскладной диван. Вдоль пустых стен стоят мои фотографии на холстах. Люблю распечатывать в таком формате, но не хватает смелости и наглости, чтобы развесить свои собственные работы, а когда они на полу кучей, то вроде бы и скромно.

Идеальная порядок, но везде пыль. Я редко бываю подолгу дома, а вещей у меня самый минимум, поэтому нечего разбрасывать. Наверняка, сейчас в квартире холодно, я не закрыл балкон. Приду домой, а там холодный ламинат, замерзнут ноги. В холодильнике вчерашний рис с овощами, есть пара бутылок пива. Почему-то от всех этих мыслей хочется медленнее идти.

Представляю, иду сейчас по Красному, пожалейте меня кто-нибудь, хочется иногда позволить себе пострадать. Такая беспричинная меланхолия. Все есть, а нет-нет, да проскочит.

Может сигарет купить? А что, покурю тоскливо на балконе, выпью пивка и отрублюсь. Нормальный план. Ладно. Киоск открытый уже прошел, вернусь.

Наверное, решение было слишком спонтанное. Да и принимать его, переходя дорогу на светофоре, не стоило. Я резко развернулся, столкнувшись с девушкой, почувствовал, как моя рука, держащая лямку рюкзака, ударилась о ее плечо, а подбородок вписался ей прямо в лоб.

- Ай! - Она схватилась за лоб - Ты чего дерешься?

- Прости, пожалуйста!

Она улыбнулась и пошла вперед.

Машины засигналили, загорелся красный, а я, кажется, забыл, куда шел.

Она шла под противоположной стороне дороги с подругой, смеялась, терла лоб. Куртка и штаны бордового цвета. Пышный кудри. Она без сумки и в кроссовках. Я не видел ее лицо. На Фрунзе она повернула. Видимо, шла во двор. Конечно, сегодня же суббота. Какова вероятность, что мне удасться найти ее в толпе пьяных и обдолбанных людей? Ноль.

Хорошее число. Мое счастливое, я говорил?

5 - ?

- Открывай. - Я уперся плечом в стену и постучал в железную дверь.

Она открыла и подняла на меня глаза. Ничего не сказав, отошла и пропустила меня в квартиру. Пахнет ментолом, видимо, недавно она курила, стоя в своей спальне в этом черном халате. Я стянул кроссовки, выбросил содержимое карманов на тумбочку и, не снимая куртки, вошел в комнату, развернулся и упал спиной на кровать.

- Привет. - Она наклонилась и поднесла зажженную сигарету к моему рту. Я сделал затяжку.

Она вышла. Я стряхнул пепел в стоящую на кровати пепельницу. Свет в коридоре так и продолжал гореть. Кровать была заправлена, но видно, что она провела на ней весь день - покрывало сбито, а подушки разбросаны. Внизу стоял открытый ноутбук, экран потух, тихонько играла какая-то музыка. Во всей маленькой комнате только и было, что кровать тумбочка и лампа, стоящая на полу. На потолке нет люстры, торчит лампочка, которую я ни разу не видел зажженной. Может быть она и вовсе давно перегорела.

Я расстегнул молнию куртки и медленно стянул рукава, так и оставшись лежать на ней.

- Не придуривайся, сними ее. - Она потянула меня за штанину, заставляя перевернуться. Я сдался, и она взяла ее. Пыльная, на воротнике остались маленькие, еле заметные уже коричневые капли.

Она унесла ее и присела на край кровати. Улыбается, а в руке стакан.

- Делись. - Я взял бокал, поднялся на локте и сделал глоток. Виски, разбавленный, как я люблю. Именно тот уровень взаимопонимания, который мне сейчас нужен.

Халат распахнут, и я вижу неплотное черное кружево. Красиво.

- Поставь.

- Как скажешь. - Она смеется и убирает пепельницу и стакан на пол.

Не знаю, злиться ли она вообще хоть на кого-нибудь, хоть иногда. Но я от нее получаю смех, секс и сон. Наверное, она способна довести до края, не отвечая на звонки. Может быть она умеет часами говорить, не сказав ни слова о том, чего действительно хочет. Или ей, скорее всего, нравится задавать вопросы из серии, где и с кем был. Также как все, она курит часами и пьет одна, потому что кто-то пропал, давно не звонит. А она стоит в этой же комнате, думает и ждет. Умеет быть стервой, умеет быть дурой. Для кого-то она, наверное, способна на многое, но мне плевать.

Чертовски красивая, удобная для меня сейчас. Я обойдусь тишиной, черным кружевом и ароматом ее кожи, едва уловимым в стоящем сигаретном дыму.

6 - Сева

Я коснулся ее волос. Она спала совсем некрепко, только уснула, только пару секунд назад ее дыхание стало глубоким. Веки приоткрылись, она взглянула на меня и улыбнулась.

- Спи. - Она опять закрыла глаза.

Я не мог заснуть еще около получаса. Смотрел на нее, думая, что впереди у нас не так уж и много таких вот ночей. Да и сейчас уже давно не ночь. Рассвет. Шесть утра. Я привык спать тогда, когда просто захотелось, а она все еще тоскует по стабильному режиму.

Засыпая, я вспомнил, как она рассказывала, что мечтает выходной провести в парке аттракционов, взяв мороженое, кататься на колесе обозрения. Клише, я ей об этом сказал, а она начала оправдываться.

Я привязан к ней сильнее, чем она думает, сильнее, чем я сам мог бы подумать. Вот и все дерьмо. Я просто старался привязаться к кому-то. Всегда. Хоть к кому-нибудь. Все хотят, чем я хуже? Мне тоже нужно, чтобы обо мне заботились, чтобы переживали, как обо всех.

А вдруг это правда? Однажды она, будучи очень пьяной спросила меня:

- Что происходит между нами?

- Не знаю, а что ты думаешь? - Я хотел услышать это.

- Не представляю. - Она развернулась ко мне лицом, взяв винный бокал в левую руку, а сигарету в правую. - Я хочу отношений.

Тогда я подумал, что она попалась, поэтому ответил:

- А я точно их не хочу.

- Я понимаю. Скажем так, я это заметила. - Она засмеялась, даже совсем не грустно, а как-то очень смело, что я растерялся на секунду от этого неожиданного смеха. - Я хочу отношений, но пока их нет, не собираюсь сидеть как Дева Мария в ожидании своего единственного предназначенного мне судьбой, поэтому меня и устраивает, что ты не хочешь отношений. Договорились?

Она мне неинтересна, не потому что я тупой, не потому что глупая она. Расслабиться значит привязаться.

Думаю, я выбрал в ней половину. Ту, которая всегда улыбается и смеется, ту, которую невозможно обидеть. Я не хочу, чтобы что-то напоминало мне о существовании другой части ее жизни. не хочу задумываться о том, что на самом деле она глубокая и полноценная личность, а не эта поверхностная куколка с пластиковыми глазами и крашенными волосами. Максимум, на который меня хватит, это узнать о людях, с которыми она когда-то спала, я готов выслушать рассказы о бывших. В них все равно никогда нет ничего кроме боли. Ведь, чаще всего именно боль и объединяет людей.

***

Моя драгоценная боль.

Любимая моя боль. Ниточка, связывающая меня с людьми, которых больше нет. Каждый шаг от тебя – иллюзия в мире реальных проблем. Действия – особая магия. Всё происходящее вокруг меня с тобой становится другим. Действительность тонет в жидкой смоле, плавится и теряется на твоем фоне, потому что только ты сияешь для меня ярким солнечным светом в янтарном тумане каждого дня.

Прекрасная повелительница ночного неба, храбрая защитница каждой потерянной звезды. Мое безлунное темное небо.

Хрустальное одеяло. Твои пушистые осколки могут быть опасны, я думаю, но как прекрасно они блестят при свете утреннего солнца, как робко, но настойчиво ты просишь не двигаться лишний раз.

Моя дорогая боль. Твоя материнская забота все сильнее убеждает меня в том, что я не смогу без тебя, что только ты есть и всегда будешь моей опорой.

Невозможно снизить твою значимость в моей жизни. Даже не верится, сколько темных тернистых путей было не пройдено благодаря тебе. Сколько дверей, даже окон, я уже так никогда и не открою, прислушавшись к тебе, прекрасный голос моих страданий.

Мелодия тоски, острый крик отчаяния. Молящий шепот отпустить тебя даже на секунду, заставляет все мое тело содрогаться от отвращения. Больше, чем когда-либо я боюсь оборвать нашу с тобой связь. Знаешь, а ведь нас хотят разлучить, постоянно кто-то норовит забрать тебя. Единственная моя драгоценность, сокровище, прекрасный плод многолетнего труда.

Мир без тебя кажется мне пустыней, а люди черными дырами с их жадными глазами, а их рты словно кровоточащие раны. Голодные бездомные псы без воли и надежд, желающие хоть на короткое время насытиться любыми помоями, которые ты готов им предложить. Серые вены их тонких шей и изможденных рук всегда привлекали мое внимание, будто в них течет сок сточных вод и черная вода дождей.

Рядом. Ты не покинешь меня. Верность - то, что особенно ценю я в тебе. Хоть мнимая, но так горько-медовая уверенность, что ты принадлежишь мне, а не наоборот, создает обманчивое чувство, будто я контролирую что-то, а не слепо повинуюсь твоему настроению.

Мне нравится, какой разной ты можешь быть. Наши отношения с тобой редко бывают стабильными, но они прекрасны своей переменчивостью. Словно ветер у моря или между гор трепет мою душу и волосы в стороны. В те черные стороны твоей души, моя дорогая боль.

Преданно ждешь, не торопишь ни время ни меня. Знаешь, где бы не скитался я со своими мыслями, моя душа принадлежит только тебе.

Никто не обнимает так как ты. Особенно, когда ты легкой, неслышной поступью тихо подходишь ко мне со спины и, слегка робея, щекочешь меня своими стальными пальцами между ребер. Кажется, твой поцелуй будет незабываем, он навсегда останется глубоким шрамом на груди.

Я мог бы умереть без наших бесед. Ты всегда так красноречива, особенно когда мы наедине. Твой взгляд на реальность разительно отличается от общепринятого, наверное, поэтому я всегда готов с восторгом принимать любую твою точку зрения. Кажется, никогда мне не припомнить всех сказок, рассказанных тобой перед сном. Твоего мелодичного голоса, под звуки которого заканчивается каждый мой день. Шепчешь, что мы вместе, тогда я понимаю, мне никогда не быть одиноким, мне никогда не стать чужим.

Моя прекрасная боль. Мой смысл, цель всех моих начинаний, неизбежная конечная точка любых разговоров о будущем или прошлом. Ты - символ моего настоящего.

7 - Максим

Я просто очень прошу, чтобы мне однажды хватило сил сесть и написать все, что думаю о человеке, к которому всегда обращаюсь только по имени. Мне иногда кажется, что большая часть моей любви к нему заключена в звуке его имени.

Время от времени я могу по-разному ответить на вопрос. Это зависит и от того, кто его задает, и от того, как сильно я скучаю сегодня. Всего один вопрос, но каждый задает его по-своему, кто-то осведомлен чуть больше, кто-то совсем не понимает, о ком идет речь, но интерес за этот год так и не прошел. На самом деле я стою в самом начале очереди желающих узнать: «Кто такой Макс?»

Каждый хочет однажды стать причиной чьих-то мурашек, ловить взгляд, который внимательно тебя слушает. Каждый хочет занимать мысли. Хочет, чтобы из-за него не спали, плакали и пили всю ночь, курили пачку за пачкой, сидели потерянными в вагоне метро, бродили без шапки в холод, чтобы из-за них несчастные радовались ледяному ветру в лицо. И если имя, особенное имя, произносится кем-то случайно, если кто-то дал такое имя коту, сыну, кому угодно, если миллионы раз пройденная аллея, вдруг становится такой, как тогда, случайно, год или может быть больше назад, хочется, чтобы тогда в чьем-то горле вставал комок. А иногда, накрывшись кучей дел, чтобы кому-то показалось, что он забыл твое лицо, когда ты просыпался, опаздывал, но никогда не торопился, твой голос, чьи похожие интонации нигде так и не удалось найти, как ты готовил каждую ночь, приходя с работы, подолгу восхищаясь степенью прожарки стейка, как смеялся, какое ты любил кино, какую музыку. Чтобы кому-то случайно показалось, что он забыл тебя.

Стать частью повседневности легко, но проникнуть в голову, захватить мысли – да, об этом мечтает каждый. Из всех людей я сомневаюсь только в нем. Я всегда боялась спросить, будет ли он меня помнить.

Когда я начинаю говорить о Максе, мне хочется закатить глаза и закурить одновременно оттого, что мне надоело и оттого, что некоторые предложения сложно формулируются без затяжки. За этот год я много раз представляла, как сяду и начну писать то, что уже множество раз пыталась объяснить кому-то. И кто-то даже понимал.

С моей памятью что-то стало, она научилась быть избирательной. И дело даже не в том, чтобы сохранять плохие воспоминания, это и раньше мастерски ей удавалось. Теперь она совсем не оставила мне моментов с людьми, которые сейчас рядом. Но стоит человеку уйти, проходит время, и я вспоминаю какие-то нелепые прогулки, странные, даже пустые разговоры. И о Максе у меня остались только фрагменты одного года. Но сейчас я начинаю терять и чувства. Эмоции отступают и становится труднее описать словами взгляд, который принуждал меня к искренности долгое время.

Однажды у меня появился человек. Мне понравилось то, как он забавно говорит, как смотрит сквозь меня в никуда. Я подумала: «А почему бы и нет?» И тогда я услышала, как невоспитанно он шутит, но смешно. Не мог вести себя вежливо, хотя умел. Он никогда не искал встречи, но при этом всегда приходил заранее. Недоступность и не привязанность очень сильно зацепили меня в нем. Бывает, что прекрасные люди появляются внезапно и также быстро исчезают. Время идет и только потом понимаешь, что момент был неподходящий, и сейчас ты бы многое сделал иначе и точно не дал бы им уйти.

Ты часто ходил со мной одной дорогой до магазина за нашими сигаретами. Сначала бегом, пока дождь льет, потом медленно, пока я с костылями разбираюсь, потом с перерывами на отдых, потом за руку, но уже быстрее, с собакой, с друзьями, и снова бегом. Мы часто ужинали ворованной едой из ресторана, где ты работал. И еще за тобой всегда приходилось перемывать посуду. Помню, тебя дико раздражало, что я не умею нормально заваривать кофе – то слишком крепко, то наоборот. И я была рада, когда ты переехал. Ты мог жить с одним неразобранным пакетом вещей, периодически вываливая его на пол, где ковром лежала шерсть моей собаки. И на нашем диване у кого-то всегда не было одеяла, как правило у тебя, я уже не говорю о подушке. Твое утро всегда начиналось в обед, а мое в темноте. Мы спали вместе всего пару часов, мы никуда не ходили, наш год прошел на разных работах, в комнате размером с большую ванную и одной на пятнадцать человек кухне.

* * *

- Ты - тот человек, которого мне для целостности надо. Вот бывают такие люди, которые напоминают тебе о существовании каких-то твоих особенных качеств. Или даже делают так, что у тебя они появляются.

- Чувство большой поддержки, опоры, доверия, сильной близости, у меня чувство, что я существую уже не один, а с тобой. Еще чувство открытости, легкости, свободы, и(!) что немаловажно - я забываю с тобой о проблемах.

- Ты - одновременно полная моя противоположность, и при этом очень важная часть меня.

* * *

Все наши с тобой реальные разговоры были и остались виртуальными, все они набраны на наших телефонах, и я их все до сих пор помню. Как часто случалось, что мы прекращали разговаривать, сохраняя немой диалог, и он до сих пор остается в моей голове. Иногда, когда мне становится пусто в себе, я вспоминаю, как ты молча мне говорил, что пора прибавить скорости, пора что-то сделать. Это всегда мне помогало. Несказанные фразы подолгу замирали между нами. До сих пор они остаются новогодними гирляндами, висящими в нашей комнате на потолке, от меня к тебе. Хотя каждый день всегда происходило что-то, и мне хотелось сразу рассказать тебе, или послушать твои коронные истории «без морали». Не могу говорить об этом в прошедшем времени, будто сейчас этого не происходит.

Ты говорил, что тебя перестают волновать насущные, когда-то значимые, вещи, что ощущаешь потерю контроля над собственным настоящим, предупреждая о скором безрадостном конце. Мне жаль, я не поняла раньше, куда это может нас привести. Постоянно мы заставляли друг друга то разбираться в проблемах, то наоборот отпускать, в этом метании ты и я потеряли связь с настоящим.

Так получается, что я говорю только о чувствах и разговорах. У нас ничего другого и не было никогда. Неужели нам казалось, что мы пресытились, что стали спокойно этим бросаться. Закончились беседы и начались выяснения отношений. Твоя прямолинейность, упорство доказать, что ты видишь выход. Мне, наверное, никогда не понять зачем и куда ты хотел уйти? Метания из крайности в крайность стали смыслом каждого твоего дня. Из последних сил ты пытался сохранять требовательный тон, все настойчивее загоняя меня в тупик. Просто забыл, если мне пути нет, значит, и твой конец здесь.

Глупая, я не знала, какого именно взрыва стоит бояться. Привыкнув, не оглядываясь, бежать по минному полю, мы забыли, что существует опасность. Потери, которые регулярно несет каждый из нас, возможно, уже ничем не восполнить. А раны, если и затягиваются, то просто зарастают размышлениями о невозможных исходах. И набитые ватой безэмоциональные куклы тихо корчатся в предсмертных судорогах.

Если бы еще раз мне был дан шанс сказать о своих чувствах, я бы изменила свой рассказ от начала и до конца. Где ты был, когда мне нужна была моя искренность, которую ты всегда носишь с собой? Наполни каждое мое предложение силой и полнотой. Когда-нибудь я научусь не перебивать саму себя. Вдохну полной грудью и скажу тебе все. Ты узнаешь в голосе твои интонации и фразы. Кажется, будто часть моих качеств кто-то случайно отдал тебе, и теперь не стать больше без тебя собой.

* * *

«Кто такой Макс?»

Я в последний раз ныряю на самую глубину, повторяя, что все давно поняла.

Макс – это часть меня.