Тени на поляне

Минхо поднялся ещё до общего шума, когда Глейд только начинал просыпаться. Воздух был холодным, трава влажной, и в этом было что-то привычное, почти успокаивающее. Он сидел на гамаке и несколько секунд просто смотрел вперед, опершись локтями о колени. Провёл ладонями по лицу, задержавшись на скулах, будто пытаясь стереть усталость, которой не должно было быть так рано.

В картохранилище было тихо. Бен уже натягивал ботинки, возился с ремнями, зевая и проклиная всё на свете вполголоса.

Минхо зашел внутрь и начал собираться. Движения были резкими, точными, слишком быстрыми. Он затягивал пряжки сильнее обычного, проверял ножи дольше, чем требовалось, перекладывал снаряжение, хотя знал, что всё лежит на своих местах. Парень поймал себя на том, что трет ремень между пальцами, пока кожа не начала жечь, и резко отпустил.

– Соберись, — пронеслось в его голове.

Когда они вышли наружу, воздух был сырой, холод цеплялся за кожу, и это помогало. Минхо глубоко вдохнул, выпрямился, заставляя плечи встать на место, будто этим можно было удержать внутри то, что норовило расползтись.

Раньше после выхода он всегда сворачивал чуть левее. Маршрут был отработан до автоматизма: несколько шагов в сторону, короткий крюк и её хижина оказывалась по пути, будто случайно.

Сегодня он этого не сделал. Минхо сделал шаг в нужную сторону и тут же остановился. Перенёс вес с одной ноги на другую, сжал челюсть, медленно выдохнул через нос. Потом развернулся и пошёл прямо, не отклоняясь.

Но взгляд всё равно ушёл туда. Хижина стояла на месте. Целая. Закрытая. Ничего не выбивалось из привычной картины, и от этого внутри стало только тяжелее. Минхо задержал взгляд дольше, чем собирался, словно ждал, что что-то изменится само, дверь откроется, кто-то выйдет, мир подаст знак. Ничего не произошло.

Он резко отвернулся и ускорил шаг.

– Ты в порядке? — бросил Бен, догоняя его.

Минхо не сразу ответил. Он подхватил ремень рюкзака, дёрнул его вверх, устраивая поудобнее, и только потом кивнул.

– Пошли.

Ворота лабиринта уже начинали движение, камень скрежетал, расходясь, как всегда — медленно и неумолимо. Минхо остановился на мгновение у самой границы, поставил ногу на линию тени, затем вторую. Он перекатился с пятки на носок, проверяя опору, словно это был старт.

Звук Глейда исчез, когда она начали свой путь. Остался только камень, дыхание и маршрут впереди. И это было правильно. Так было проще.