Глава 60. Четыре тринадцать

Лестницы в Хогвартсе жили своей жизнью.

Виолетта давно привыкла к тому, как каменные ступени вздрагивали под ногами, как пролёты со скрежетом разворачивались, стоило зазеваться, как перила иногда исчезали в самый неподходящий момент. Девять циклов — достаточно, чтобы выучить их капризы наизусть.

Но сейчас лестницы вели себя странно.

Они ждали.

Девушка заметила это, когда очередной пролёт, обычно разворачивавшийся к западному крылу, замер на полпути. Каменная громада завибрировала, словно в нерешительности, а потом медленно, почти робко вернулась на место — туда, где стоял Локи.

Он даже не смотрел на лестницу. Шёл чуть позади, заложив руки за спину, с выражением человека, вынужденного терпеть особенно скучную экскурсию.

Но лестница знала.

И портреты тоже.

Нарисованные фигуры провожали Локи взглядами. Не с тем праздным любопытством, с каким обычно разглядывают новичков. Нет. Здесь было больше настороженности и опаски.

Виолетта сосредоточилась на ходьбе, позволяя мыслям вернуться к речи Дамблдора. Она мысленно перебирала изменения, отмечая каждое, как бусины на чётках.

Двадцатое сентября. Меньше трёх недель и в замке появятся делегации из Шармбатона и Дурмстранга. Турнир начинался раньше, чем в любом из прошлых циклов.

Возрастной ценз снижен до тринадцати лет — с письменного разрешения родителей или опекунов. Она едва сдержала горькую усмешку от потери такого удобного способа эмансипации.

Отборочный тур в сентябре — пройти защиту Кубка. Само по себе испытание было нулевым в списке. Да, и задания будут каждый месяц, а не три за весь год. И магокамеры, которые могут появиться в любой момент, превращая обычный день в очередной экзамен.

Масштабнее и сложнее. А для неё ещё и опаснее на порядок.

И за всем этим тень Локи, который смотрел на неё с невинной улыбкой, пока Дамблдор расписывал правила.

Одно её порадовало: за преподавательским столом сидел настоящий Грюм.

Она узнала его сразу по тому, как двигался магический глаз, по манере держать палочку даже за едой, по сети шрамов, которую невозможно воспроизвести оборотным зельем. В прошлых циклах Крауч-младший играл его почти безупречно, но Виолетта провела достаточно времени рядом с настоящим аврором, чтобы видеть разницу.

Значит, Крауч-старший не рискнул привести сына, чтобы посмотреть финальный матч.