Глава 70. Кто я?

Первым вернулось тело.

Не сознание — оно ещё плыло где-то далеко, в тёплой вязкой темноте. Но тело уже чувствовало. Судороги пробегали по мышцам — мелкие, злые, как укусы невидимых насекомых. Пальцы дёргались сами по себе. Челюсть сводило.

«Круциатус», — всплыла первая мысль, ленивая, как пузырь со дна болота.

Нет. Не то. Круциатус был огнём изнутри, когда каждый нерв превращался в раскалённую проволоку. А это...

Виолетта знала это ощущение. Помнила его кожей, мышцами, костями — как тело помнит то, что разум предпочёл бы забыть.

Антимаги. Электрошокеры. Третья петля.

Её левая рука дёрнулась особенно сильно и непроизвольно, будто кто-то потянул за невидимую нить. Она попыталась сжать пальцы в кулак. Получилось не сразу.

Потом вернулись запахи. Земля. Прелые листья. Хвоя. Что-то горьковатое — дым? Нет, просто осенний лес, но ещё не на грани зимы.

Звуки: шорох ветра в кронах, упавший лист рядом, далёкий крик птицы, собственное хриплое дыхание.

Привкус крови во рту — она, видимо, прикусила губу или язык.

Усталость навалилась тяжёлым одеялом. Не обычная усталость от недосыпа или тренировки. Глубже. Словно кто-то вычерпал из неё всё до дна — магию, силы, даже мысли. Голова была пустой и гулкой, как заброшенный дом.

Виолетта заставила себя открыть глаза.

Серое небо сквозь переплетение голых ветвей. Ствол дерева за спиной — она, видимо, сидела, прислонившись к нему. Земля под ней была холодной и влажной.

И парень.

Он стоял в нескольких шагах, скрестив руки на груди. Боевая броня — чёрная кожа с тёмно-зелёными акцентами, та же, что... что...

Мысль ускользнула.

Она сощурилась, пытаясь сфокусировать взгляд. Высокий. Чёрные волосы, чуть растрёпанные, с лёгкой волной. Острые скулы. И глаза — зелёные, яркие, как молодая листва.

Красивые. И недовольные.

Очень недовольные.

— Резонанс, — процедил он, и в его голосе было столько яда, что хватило бы отравить небольшое озеро. Он разжал ладонь, показывая ей что-то маленькое и золотистое. — Три перехода, Виолетта. Три. Даже я не рискнул бы идти на третий с тобой. Но ты, разумеется, умнее всех. Ты точно знала, что делаешь. Сколько там? Две минуты без сердцебиения? Три?

Его слова доходили до неё медленно, как сквозь толщу воды.

— Если бы не я, — он сделал шаг ближе, и его тон стал ещё более едким, — твоё бесценное сердце так бы и осталось стоять. Поздравляю, дорогая. Ты почти стала первым магом, который убил себя собственным азартом. Достойное достижение для тебя.