17
Прошел месяц. Для Маргариты этот месяц стал испытанием на прочность. Она полностью погрузилась в работу, записывая новый альбом, в котором не было ни капли прежней легкости. Москва казалась ей чужой без привычных ночных поездок под громкий рэп Гриши. Она не отвечала на его звонки, не читала его сообщений, которые со временем перестали приходить.
Когда поступило предложение прийти на интервью к одному из самых известных журналистов страны, Рита долго колебалась. Но она понимала: если она не расставит точки сама, за неё это сделают сплетни.
В студии пахло свежезаваренным кофе и дорогой техникой. Маргарита сидела в глубоком кресле, стараясь сохранять лицо. Она выглядела безупречно — строгий пиджак, минимум украшений, но в глазах застыла тихая, взрослая печаль.
Первые полчаса интервью шли легко. Журналист спрашивал о детстве, о жизни в маленьком городке, о том, как Саша (брат) помогал ей с первыми демо-записями. Рита улыбалась, вспоминая теплые моменты, но внутри она чувствовала, как приближается тот самый вопрос.
— Мы не можем обойти тему, которая взорвала интернет месяц назад, — мягко начал ведущий, наклонившись вперед. — Мари, весь этот год за вашим романом с Гришей следила вся страна. Это было красиво, это было громко. Скажи честно... была ли ты по-настоящему счастлива в этих отношениях?
Рита на мгновение замолчала. Она посмотрела куда-то в сторону камер, словно видела там не объективы, а моменты из их совместной жизни: Питер, Арену, завтраки на кухне.
— Однозначно да, — твердо ответила она. — Я была счастлива в этих отношениях. И я очень благодарна Грише за это время. Это был год, который научил меня многому, и я ни на секунду не жалею, что впустила его в свою жизнь.
Ведущий понимающе кивнул и задал следующий вопрос, которого ждали все:
— Видео из клуба... аудиозапись... Это стало точкой невозврата? Вы расстались именно после того скандала?
Маргарита вздохнула, крутя на пальце тонкое кольцо.
— Частично да, — она сделала паузу, подбирая слова. — Видео стало лишь толчком к этому. Но на самом деле мы с Гришей были очень разные. У нас были разные взгляды на жизнь, на то, как строить будущее. Рано или поздно это бы всё равно вышло на поверхность. Но как бы там ни было, я всегда буду уважать Гришу и его огромный труд. Он большой артист, и этого у него не отнять.