1

Зал гудел, как встревоженный улей. Воздух был пропитан ароматами дорогого парфюма, лака для волос и тем самым специфическим электричеством, которое бывает только на главных музыкальных премиях страны.

Маргарита Жуковская сидела в первом ряду, вцепившись пальцами в подол своего платья из невесомого жемчужного шелка. Она чувствовала себя странно. Внутри неё всё еще жила та маленькая девочка Рита, которая пела в расческу перед зеркалом, но для всех присутствующих она была Мари — сенсацией этого года, чей голос называли «терапией для разбитых сердец».

— Псевдоним — это щит, Рита, — шептала ей перед выходом лучшая подруга Ира, та самая, что когда-то первой назвала её Мари. — На сцене ты — дива. А внутри оставайся собой.

На сцену вышел известный продюсер, медленно вскрывая золотистый конверт. Маргарита почувствовала, как сердце замерло где-то в горле.

— Номинация, которую ждали все. Женский голос, который в этом году звучал в каждом плейлисте, в каждой машине и в каждой душе... — Продюсер улыбнулся, глядя прямо в камеру. — «Певица года» — Мари!

Зал взорвался оглушительным ревом. Рита на мгновение ослепла от света софитов. Она поднялась, чувствуя, как дрожат колени, и под прицелом сотен камер направилась к сцене. Статуэтка оказалась неожиданно тяжелой.

— Спасибо... — голос Мари сначала дрогнул, но потом окреп. — Спасибо за то, что позволяете моей искренности быть услышанной. Это для вас.

Спускаясь со сцены, она чувствовала на себе сотни взглядов: завистливых, восхищенных, изучающих. Но один взгляд она почувствовала кожей еще до того, как увидела его обладателя.

В VIP-зоне, мимо которой она проходила к своему месту, было шумно. Там расположилась самая обсуждаемая компания последних лет — Melon Music. Парни в широких худи, с цепями и татуировками, казались инопланетянами в этом пафосном зале.

— Красиво забрала, поздравляю! — выкрикнул Майотик, салютуя ей бокалом.
— Реально, голос — пушка, — добавил SEEMEE, широко улыбаясь.

Маргарита остановилась, вежливо кивнув ребятам. И тут она встретилась взглядом с ним. Гриша OG Buda сидел чуть в стороне, не так шумно, как остальные. Он не улыбался дежурной улыбкой. Он смотрел так, словно пытался разглядеть, что скрывается за этим жемчужным шелком и статуэткой в руках.

— Мари, — негромко произнес он, и в его голосе не было привычного рэперского пафоса. — Подойди на секунду.

Маргарита, сама не зная почему, послушалась. Парни притихли.