Новогодние игрушки. Часть 5.

ЛОРА.

Я думала, что все мои приключения закончатся на том, что мы зажжем бенгальские огни и отправимся домой. Но как же я ошибалась. Мой взгляд замер на лице Климента, разочарованно глядящего в сторону двух знакомых нам одноклассников.

Ника и Давид стояли бок о бок и о чем-то мило беседовали. Ничего необычного для парочки, прогуливающейся после семейного ужина в новогоднюю ночь. Для проходящих мимо они не имели значения и были всего лишь очередными влюбленными. Но для Клима это было провальным аккордом в его хорошо отработанной музыке.

Не могла сказать, что понимала его чувства, но представляла, как именно он ощущал себя в этот неподдельный момент. Ребята стояли достаточно далеко от нас и не подозревали, что в нескольких метрах находился тот, кто оказался разбитым из-за увиденной картины.

— Скажи, какой же я неудачник? — хмуро спросил он, продолжая рассматривать Нику.

— Не скажу, — возразила я, скрещивая руки на груди. — Ну, хочешь уйти отсюда?

— Ты это специально делаешь? — наконец, посмотрел он на меня.

Я увидела его зелёные глаза, погружённые в мрачную темноту, в которых не было ничего, кроме пустоты и боли. Мне стало грустно, наблюдая, как он без эмоций начинает терять связь с окружающим миром.

— О чём ты? Я просто хочу домой.

— Не ври! — произнёс он строгим тоном в своём голосе. — Минуту назад ты хотела салют!

  — Нет, я... — замешкалась, не зная, что ответить.

Тогда я поняла, что Климент имел в виду. Он не сказал этого вслух, но в мыслях винил меня. Ведь это я притащила его сюда, уговорила. Он не хотел, но я настояла. Если бы я знала, что Ника придёт сюда с Давидом, осталась бы дома есть оливье и смотреть поздравления президента.

— Что? Нечего сказать? — разозлился он, вымещая на меня свою злость.

Хорошо, я была готова на некоторое время принять его слова и выслушать их. В роли боксерской груши, молча сопроводить Климента до дома, чтобы он не натворил лишнего, тоже не была против. Но лишь ненадолго. Поэтому, не сводя с него глаз, уверенным шагом подошла навстречу.

— Ты действительно неудачник, Клим, — бросила я ему в лицо. — Ты думал, что Ника согласилась на одно свидание и сразу стала твоей? Нет, сейчас она может гулять и с тобой, и с Давидом! Чему удивляешься?!

— Ты права, — выдохнул он белый пар в холодный воздух. — Я погорячился. Нельзя было наезжать на тебя. Извини.

— Ты всё время извиняешься, — усмехнулась я, разглядывая его красные от мороза щеки.

— Я думал, тебе это нравится, — улыбнулся Климент, наглым образом сменив настроение.