Глава 3. Гость.

Я пролежал без сознания около двух часов. Когда пришёл в себя, свет в комнате уже не горел - Сунчёль заходил, чтобы потушить.

Он всё видел.

Он узнал.

И рассказал моей сестре.

В тот момент я понял, что больше не останусь здесь. Даже если нуна ничего не скажет сразу — это уже конец.

Болезнь снова добралась до меня раньше, чем я успел почувствовать себя частью этого дома.

Солнце ещё вставало, когда меня отправили домой.

У меня не было приступа, я просто потерял сознание. Это нестрашно. Так бывает. Но нуна не стала разбираться. Сказала, что переживет, если её муж узнает о моей болезни.

Она стыдилась, но прикрывала это заботой.

Господин Ли ничего не знал. Он не заходил в мою комнату. Но даже если бы зашёл, он бы не понял. Подумал бы, что я уснул.

Но... нуна просто использовала мою болезнь как повод, чтобы быстрее отправить меня обратно.

Я приоткрыл окно паланкина, выглядывая наружу. На улице было тихо, безлюдно. Только вдалеке я заметил двух крестьян, вышедших на рисовое поле. Для них начинался новый рабочий день, а для меня... из-за болезни я уже второй день не мог нормально поспать.

Но это было меньшей из проблем.

Я не заметил, как задремал.

Проснулся от того, что паланкин остановился. Сонно оглянулся по сторонам и не сразу понял, где нахожусь. Только увидев знакомые ворота, понял — мы вернулись.

- Молодой господин, - кротко сказал Сунчёль. - Вы дома.

Я поджал губы.

Не знал, что чувствовать - радость или разочарование.

Я злился на себя. На своё тело. На свою слабость.

Я даже не попрощался с господином Ли...

Будто меня просто забрали обратно, как вещь, которую хозяева одолжили ненадолго.

Вылез из паланкина и сразу же направился в свою комнату, пытаясь спрятаться от чужих глаз.

- Не желаете завтракать? - спросил Сунчёль мне вслед.

- Нет, - резко ответил я.

- А лекарство?

Я остановился. Всего на секунду. А затем снова пошёл, ускоряя шаг.

- Позже, - ответил я прежде, чем закрыл дверь.

Когда наконец-то остался один, я тут же скинул кат, начал быстро развязывать одежду. Завязки не поддавались, пальцы путались в ткани. Я чувствовал, как одежда душила меня.

Сорвался и потянул за топо. Ткань с треском порвалась, нарушая тишину комнаты.

Я крикнул, чувствуя злость и облегчение одновременно. Потянул ткань, продолжая разрывать её ещё больше.

Разбросал ткань по полу, оставшись только в нижней одежде. Потянулся к волосам, освобождая их.

Волосы упали на спину и плечи. Я чувствовал их на своих плечах, и это давало мне утешение.

Хоть и временное.