Глава 15 или я не хочу быть еретиком!

Поместье Майклсон редко знало тишину.

Обычно оно жило — хлопанье дверей, звон бокалов, тяжёлые шаги Клауса, смех Ребекки, ворчание Финна, споры, вечные разборки, взрывы эмоций. Дом пульсировал энергией своих обитателей, как будто сам был живым организмом.

Но сегодня всё было иначе.

Сейчас можно было услышать тиканье старых настенных часов даже человеческим слухом, настолько гулкой казалась эта тишина. Ни одного крика, ни одного смеха, даже шаги глушились коврами. Дом словно скорбел.

И дело было вовсе не в смерти — хотя Майклсоны знали, как она выглядит. Нет. Все они были живы. Но не все были здоровы.

А в центре этой беды стояла Каллиста Майклсон.

Любимица семьи. Та, ради кого Майклсоны впервые научились останавливаться и слушать других. Та, кто принимала чужаков и делала их своими. Та, кто могла утешить взглядом, а потом разрушить судьбу одним решением, если считала нужным. Та, кто слишком легко ломала правила истории и слишком тяжело разбиралась в собственных чувствах.

Сейчас она сидела в темнице под особняком.

Не потому что предала семью — нет, её невозможно было обвинить в измене. И не потому что Майклсоны хотели удержать её силой — они прекрасно понимали, что это бесполезно.

Она сама стала угрозой.

За последние сутки Калли несколько раз едва не убила друзей. Магия, которая теперь текла в её жилах, была ненасытна. Она вытягивала чужую силу, и каждый раз — случайно или намеренно — рядом с ней падали те, кого она любила.

Они не могли иначе. Пришлось изолировать её.

Цепи, в которые заковали Калли, были выкованы не из простого металла. В каждое звено вплетён был оникс — камень, на который когда-то наложила проклятье сама Эстер.

Правда, сперва её приковали обычными цепями. И это была ошибка. Она разорвала их словно нитки.

Тогда Кай вмешался. Чтобы пробиться в её разум, ему пришлось свернуть ей шею — иначе она сопротивлялась бы до последнего. И именно там, в трещинах её сознания, он увидел воспоминание об ониксе и о том, что этот камень способен перекрыть поток магии.

Он попытался воспроизвести заклинание, которое подпитывало силу оникса. Подделка вышла грубой, неполной. Заклинание работало, но не идеально: оникс терял силу каждые два часа, и его приходилось менять.

В темнице было сыро. На камнях стояли свечи, дававшие дрожащий свет. Калли сидела в центре, закованная в цепи, и казалась почти мирной. Но стоило кому-то подойти слишком близко — магия внутри неё начинала шипеть и скрежетать, будто зверь в клетке.