Глава 21. Операция "чистый дух"
Я замерла на пороге, чувствуя, как уши наливаются жаром. Мозг лихорадочно соображал, выискивая хоть какое-то правдоподобное объяснение. За моей спиной Торин выпрямился ещё больше, его осанка из «усталого профессора» мгновенно сменилась на «короля, оценивающего угрозу». Двалин тихо, почти неслышно переступил с ноги на ногу, готовясь в любой момент заслонить собой Торина или… что там ещё обычно делают телохранители. Балин оставался спокоен, лишь его мудрые глаза внимательно изучали Аниту.
— Я… мы… — начала я, но голос сорвался.
Анита Григорьевна медленно отпила из моей кружки, поставила её на стол и сложила руки на животе. Её взгляд, скользнув по моей простой одежде, с явным интересом уставился на моих спутников.
— «Мы»? — она растянула слово, и в её голосе зазвучали привычные мне нотки саркастичного любопытства. — Какие интересные у тебя, Ариночка, друзья появились в отпуске. И какого-такого черта ты делаешь здесь, вместо того чтобы, как я тебе и велела, искать себе приключений на свою… — она едва заметно кивнула в мою сторону, — …сказочную пятую точку.
— Анита Григорьевна, я могу объяснить, — выпалила я, шагнув в кабинет и позволяя остальным войти. Дверь тихо закрылась за Двалином. — Это… участники фестиваля. Исторической реконструкции. Я их… гидом работаю. Подрабатываю. А нам срочно нужно кое-что в системе проверить. По фестивалю. Очень срочно.
— В нашей системе? — Брови Аниты поползли под чёлку. — По реконструкции меча и кольчуги? Дорогая, ты хоть сама-то веришь в то, что несёшь?
Торин, к моему ужасу, шагнул вперёд. Его движение было плавным и полным необъяснимого достоинства. Он остановился перед столом, не склоняя головы.
— Мадам, — его низкий, хрипловатый голос прозвучал в кабинете непривычно громко. — Наше дело требует быстроты и… — он слегка запнулся, подбирая слово, — …конфиденциальности. Мы были бы признательны за содействие.
Анита замерла, рассматривая его с ног до головы. Её взгляд задержался на его лице, на жёсткой линии скул, на пронзительных серых глазах, в которых читалась не просьба, а спокойное ожидание того, что его приказ будет выполнен. Она медленно сняла очки.
— Мадам, — повторила она, и в её голосе впервые зазвучало не сарказм, а заинтересованность. — А ты, дружочек, пряменько так разговариваешь. Будто начальству. И борода у тебя… ну очень историческая. И плащ… — её взгляд упал на складки ткани, скрывавшие эфес. — Не иначе, как сам Ричард Львиное Сердце в гости пожаловал.
— Торин, — коротко представился он, не моргнув глазом.