Глава 12. Давай вместе улетим.

Стокгольмский аэропорт Орландо гудел, как встревоженный улей. Огромные панорамные окна отражали серый мартовский рассвет, а за ними, на взлетном поле, выстраивались в очередь стальные птицы, готовые разнести участников чемпионата мира по разным уголкам планеты.

Для Аделии этот шум был сродни белому шуму. Она стояла в центре зала вылета, вцепившись в рукав черного худи Ильи так сильно, что костяшки пальцев побелели. Чемоданы сборной России уже были выстроены в ряд — ровные, безликие, готовые к долгому перелету в Москву. Чемодан Ильи стоял чуть поодаль, сиротливо указывая в сторону гейтов на Вирджинию.

Разлука казалась физически невозможной. Это было похоже на попытку разрезать живую ткань, которая только что срослась после страшной аварии. После того, как они заснули вместе в его номере, мир сузился до размеров одной комнаты, до ритма одного дыхания на двоих. Мысль о том, что сейчас им придется разойтись по разным самолетам и оказаться по разные стороны океана, вызывала у Аделии приступ тошноты, более сильный, чем вчерашнее истощение.

— Я не полечу, — прошептала она, не поднимая глаз.
— Адель... — Илья накрыл её ладонь своей. Его голос был хриплым. — Тебе нужно домой. Врачи, восстановление, лед Этери...
— Нет, — она наконец подняла голову, и в её глазах, всё еще обведенных тенями усталости, вспыхнуло то самое упрямство, которое заставляло её прыгать четверные вопреки медицине. — Я полечу с тобой. В Америку.

Илья замер. В его голове мгновенно пронеслись сотни проблем: визы, федерация, билеты, тренировки. Но один взгляд на её бледное лицо заставил все эти препятствия рассыпаться в прах. Если она сейчас улетит одна, она просто сломается. Он чувствовал это кожей.

Она не стала подходить к Этери Георгиевне. Она не стала спрашивать разрешения или искать одобрения. Аделия просто переставила свой чемодан из ряда российской сборной к сумкам Ильи. Это был жест абсолютного, почти отчаянного самоотречения. Она выбрала свой путь сама, впервые в жизни не оглядываясь на штаб.