Глава 8: Таракан
2015 год. 22 февраля. Полдень. До того как умер Кай Карсон. Все осматривали свои комнаты.
Особняк ещё казался гостеприимным.
Гости разошлись по комнатам, открывали шкафы, проверяли вид из окон, обсуждали обстановку. В холле стоял мягкий свет, отражаясь в полированном полу.
Лииса Мортон остановилась у большого зеркала внизу, поправляя платья с кружевными, чёрные рукава. Она выглядела уверенной и спокойной.
Вдруг, к ней медленно подошёл Либу Кэхлер.
Он держался с привычной сдержанностью, но в глазах читался интерес.
— Признаться, — начал он негромко, — я не ожидал увидеть здесь человека, который способен затмить саму архитектуру этого дома.
Лииса не обернулась сразу, а смотрела через зеркало.
— Архитектура, по крайней мере, честна в своей старости, — спокойно ответила она. — А вот комплименты иногда требуют реставрации.
Либу чуть улыбнулся.
— Хорошо. Тогда без метафор. Я рад, что вы здесь.
Теперь она посмотрела на него прямо, без смущения.
— Почему?
— Потому что редкий писатель умеет держать паузу лучше, чем тишина в этом доме. А вы умеете.
— Лестно, — кивнула Лииса. — Но вы путаете профессиональное уважение с личным интересом.
Либу слегка наклонил голову.
— А если я не путаю?
— Тогда вы выбрали очень неподходящее место. — спокойно сказала она улыбаясь.
Он выдержал паузу.
— Я не предлагаю роман. Только диалог.
— Ну, диалог конечно возможен, — ответила Лииса. — Но без подтекста.
Она снова улыбнулась, не насмешливо, а вежливо. И ушла в сторону лестницы.
Всё это время у поворота коридора стояла Ханна Трейт. Она наблюдала молча.
Когда Лииса исчезла наверху, Либу выдохнул и провёл рукой по волосам, словно только что проиграл интеллектуальную партию.
— Эффектно, — раздался спокойный голос Ханны.
Он обернулся.
— Вы давно там стоите?
— Достаточно.
Либу прищурился.
— И каков вердикт?
— Смело. Умно. Без шансов.
Он усмехнулся.
— Вы всегда так прямолинейны?
— Только когда мужчина уверен, что его слова безупречны.
Между ними произошла небольшая пауза.
— Вы её уважаете, — заметила Ханна.
— А вы ревнуете? — неожиданно спросил он.
Тишина оборвалась мгновенно.
— Что вы сейчас сказали? — голос Ханны стал холодным.
— Вы прекрасно слышали.
— У вас серьёзные проблемы с самооценкой, если вы думаете, что я способна ревновать к вашему неудачному подкату.
— Неудачному? Интересно, почему тогда вы стоите здесь и анализируете каждое моё слово?
— Потому что вы ведёте себя самодовольно.
— А вы раздражённо.
— Меня раздражает самоуверенность без основания.
— Основание есть, — жёстко ответил он. — Я, по крайней мере, не прячусь за холодным тоном.
— А я, по крайней мере, не пытаюсь самоутвердиться за счёт женщины.
Он сделал шаг ближе.
— Вы слишком резко реагируете, ваша надменность выглядит как защита.
— А ваша уверенность как отчаяние.
Между ними повисло напряжение такое острое, почти осязаемое.
— Осторожнее со словами, — тихо сказал он.
— Вы первый начали, — ответила она.
Они смотрели друг на друга ещё секунду.
Потом Ханна развернулась и ушла к лестнице.