Глава 14: Больница
1867 год. 15 августа. Баден-Баден, Великое герцогство Баден.
Игорный зал был полон мягкого гула голосов, шуршания платьев и сухого металлического звона монет. За столом рулетки стоял Фёдор Достоевский. Усталый, осунувшийся, с воспалёнными глазами человека, который слишком долго верил в удачу.
Он уже проиграл почти всё.
Перед ним лежали последние деньги, скомканные, как его собственная решимость. Он медлил лишь секунду, словно давая себе последний шанс одуматься. Но в его взгляде читалась не осторожность, а болезненная уверенность, что именно теперь судьба обязана перемениться.
- Позвольте, - тихо сказал он крупье, выравнивая купюры дрожащими пальцами. - Ставлю на красное.
Колесо завертелось. Шарик заплясал по краю, перескакивая из ячейки в ячейку. Достоевский наклонился вперёд, губы его беззвучно шевелились, будто он вёл внутренний спор, не с игрой, а с самим собой.
,,Если теперь выпадет красное, - думал он, - я возвращу половину. Потом ещё раз и всё будет исправлено. Я уеду отсюда с честью. Это лишь временное испытание,,.
Шарик замедлился и остановился на чёрном.
Он побледнел ещё больше, но не двинулся с места. В глазах его вспыхнуло упрямство.
- Ничего, - произнёс он вполголоса. - Бывает.
Он вынул из кармана последние банкноты и медленно положил их на стол.
- Ставлю всё, что имею, - сказал он уже твёрже. - До последней копейки.
Кто-то рядом повернул голову, удивлённо вскинув брови, но Достоевский не замечал чужих взглядов. В эту минуту существовало только вращающееся колесо и жгучая надежда, что ещё одно движение, и всё переменится.
Шарик снова закружился. Он будто нарочно дразнил его, замедляясь на красном секторе. На лице Достоевского мелькнула короткая, почти счастливая улыбка.
- Видите... - прошептал он. - Я знал.
Но шарик отскочил и остановился на нуле.
Крупье ровным голосом объявил результат и сгреб деньги.
Достоевский стоял неподвижно. Он не спорил, не возмущался, не просил отсрочки. Его взгляд стал пустым, словно в один миг из него вынули всё... и надежду, и оправдания.
- Стало быть... такова воля случая, - произнёс он тихо. - И я снова поверил в чудо.