Глава 10: Дуэль

1837 год. 8 февраля. Чёрная речка, под Санкт-Петербургом.
Мороз был сухим, почти звенящим. Снег скрипел под сапогами. Утро стояло бледное, без солнца, словно само небо не хотело быть свидетелем.
На заснеженном берегу стояли секунданты. Всё было формально, почти буднично. Но в воздухе висело то напряжение, которое чувствуется кожей.
С одной стороны, Александр Сергеевич Пушкин.
Лицо спокойное, но в глазах усталость. Не страх, а усталость человека, доведённого до предела.
С другой стороны, Жорж Шарль Дантес.
Выправка ровная. Взгляд холодный, но в нём проскальзывает напряжение.
Несколько секунд они молча смотрят друг на друга.
Первым заговорил Пушкин.
— Сударь, — тихо, но отчётливо. — Я надеюсь, вы понимаете, почему мы здесь.
Дантес чуть приподнял подбородок.
— Я защищаю своё имя так же, как вы своё.
Пушкин усмехнулся краем губ.
— Моё имя вы уже произнесли достаточно громко в петербургских гостиных.
Ветер прошёлся по берегу, взметнув снежную пыль.
— Я не искал этой встречи, — сказал Дантес. — Но я не мог отказаться.
— Отказ тоже поступок, — ответил Пушкин. — Иногда самый смелый.
Секундант шагнул вперёд:
— Господа, пора.
Пистолеты переданы.
Пушкин взял оружие спокойно, будто перо.
Дантес проверил курок.
— Если я останусь жив, — тихо произнёс Пушкин, — надеюсь, вы найдёте в себе мужество больше не произносить моего имени.
Дантес ответил холодно:
— Если я останусь жив, я буду жить без сожалений.