Глава 39: Время пришло

Дмитрий Добряков.
История Дмитрия Добрякова не начиналась со взрывов или великих откровений. Она началась с хриплого крика в обычном роддоме, затерянном среди бесконечных панельных джунглей.
​Дмитрий был продуктом своей среды, малыш, рождённый в русских холодах, вечно мокрый и протестующий против этого мира самым доступным способом. Он не был избранным. Он был классикой, что впитал в себя запах дешёвого табака в подъездах, суровую мораль советского воспитания и лозунги, которые к тому времени уже начали выцветать, но всё ещё крепко держали умы. Он рос как губка, впитывая пропаганду о долге, силе и о том, что я, это последняя буква в алфавите.
​Настоящий отсчёт его жизни начался в 18. Совершеннолетие, момент, когда государство официально признаёт тебя рабочей силой или пушечным мясом. Но Добряков решил стать чем-то большим. Он решил стать семьёй. Почти успел.

​Кухня, пропахшая старым жиром и безысходностью. Тяжёлый воздух, который, казалось, можно было резать ножом.
​— Сука малолетняя, я тебе говорю — делай аборт! — Голос отца Анны гремел, отражаясь от кафельных стен. — Ты не в том положении, чтобы рожать! Нищету плодить собралась?!
Анна — половинка Дмитрия.
​Крепкая рука мужчины, привыкшая к тяжёлому труду, сжалась в кулак. В этом жесте была не только ярость, но и извращённая форма заботы, и страх перед будущим, которое он не мог контролировать. Анна сидела в углу, сжавшись в комок. Она постоянно вытирала туалетной бумагой бесконечные ручьи слёз и соплей, превращаясь в тень самой себя.
​Дмитрий стоял в дверях. 18-летний парень, который думал, что знает, что такое быть мужчиной, просто молчал. Пропаганда долга перед старшими боролась в нём с желанием защитить. Пропаганда победила...