Глава 38: Красивый пирсинг
2015 год. 24 февраля. ???.
Грат Бранте стоял над ними, сжимая рукоять меча. Его глаза лихорадочно бегали от Лимей к мучениям Дмитрия.
— Чего ты ждёшь, Эйфлер?! — прорычал Грат. — Его сопротивление — это ошибка! Исправь её!
Лимей не ответила. Она видела, как капля пота скатилась по лбу Дмитрия, смешиваясь с кровью. В этот момент из-за тяжёлых стальных дверей комнаты, раздался пронзительный, полный чистого ужаса крик.
— АААААААААА! — голос Миры эхом ударил в стены.
Грат резко обернулся. Его лицо исказилось. На мгновение он забыл о протоколах.
— Мира?.. — он сделал шаг к выходу.
Лимей среагировала мгновенно. Её рука, не глядя, ударила по скрытой панели управления безопасностью сектора.
— Сиди лучше здесь! — чётко произнесла она.
Массивные титановые перегородки, предназначенные для изоляции вышедших из-под контроля субъектов, со свистом вылетели из пазов. Грат не успел даже вскрикнуть, как оказался зажат в узком техническом шлюзе между комнатой и коридором. Прозрачное бронестекло толщиной в десять сантиметров отделило его от комнаты.
— Эйфлер! Ты что творишь?! Открой! — Грат с яростью ударил кулаком в стекло, но звук донёсся до Лимей лишь глухим стуком. Он был заперт. Магнитные замки заблокировали выход.
Лимей медленно повернулась к Дмитрию. Он сидел на полу, с аппаратом в носу. Его глаза были расширены от шока. Он видел, как она только что предала Грата, но не понимал, зачем.
— Смотри на меня, Дмитрий, — Лимей подошла вплотную, игнорируя беснующегося за стеклом Бранте. — Ты всё ещё думаешь о себе! О своей боли. О том, как несправедлив этот металл, впившийся в твой нос.
— Твоё эго, это твоя главная поломка, — Лимей наклонилась к самому его уху, её голос звучал тише шелеста страниц. — Но у тебя есть шанс. Уплотнители этого аппарата сделаны из термочувствительного полимера.
— Если температура внутри клапанов поднимется выше восьмидесяти градусов, сработает экстренный сброс давления. Датчики сочтут это пожаром и отключат гидравлику. Тебе нужна горячая вода, Дмитрий. Или любая жидкость такой температуры.
Дмитрий в недоумении посмотрел на неё.
— Только так, ты сможешь освободить свой нос. — сказала Лимей.
Она развернулась и направилась к выходу, даже не взглянув на Грата, который продолжал неистово биться в бронированное стекло.
— Почему?.. — прохрипел Дмитрий ей вдогонку.
Лимей остановилась в дверях. На мгновение она коснулась своей щеки и там, где в её воспоминаниях когда-то была слеза.
— Неважно. — говоря это, она ушла.