Глава 2

Рано утром дверь карцера приоткрылась, и строгая работница молча подала тарелку с манной кашей.

— Чего застыла? Бери давай! — рявкнула недовольно, когда Полина даже не пошевелилась.

Работница раздражалась всё больше. Полина всю ночь проспала сидя, прижавшись к стене, ноги затекли, и она не могла подняться быстро. Но женщина расценила ее медлительность по своему.

— Ну и сиди голодная, — прошипела она сквозь зубы и собралась уходить.

Полина, опираясь о стену, с трудом встала на ноги и бросилась к ней.

— Подождите, не уходите! Позовите, пожалуйста, директора. Мне ему кое-что важное надо сказать.

Работница посмотрела на девчонку с презрением, поджала губы, и ничего не ответив, захлопнула дверь.

Полина заколотила кулаками, требовала и умоляла прислать к ней директора. Нужно было срочно отсюда выбираться.

Через пару минут дверь открылась, и на пороге появился директор. Он внимательно слушал ее сбивчивую речь.

— Роман Петрович, — Полина сложила руки, словно в молитве, — выпустите меня, пожалуйста. Я всё поняла. Буду самой послушной, честно. Вот увидите.

Он скрипуче хохотнул и понимающе закивал:

— Молодец, Полиночка. Я верю, что ты станешь примерной воспитанницей. Но правила есть правила Еще один денечек здесь побудешь — и мы тебя выпустим.

Она бросилась к нему, почти падая на колени.

— Нет! Роман Петрович, пожалуйста, выпустите меня. Я сделаю, всё что вы захотите.

Полина, скрывая омерзение, попыталась его обнять. Директор отшатнулся, как от прокаженной.

— Что это ты делаешь, Полиночка? Не надо.

— Простите, — она тут же отпрянула. — Я так больше не буду. Только отпустите меня, пожалуйста.

— Завтра, Полиночка, завтра, — сказал он и закрыл дверь.

Как ни старалась Полина — стучала, умоляла, звала — никто ее не слушал. В конце концов из-за двери раздался раздраженный голос:

— Еще раз стукнешь — неделю там просидишь!

Она замерла. Потом начала ходить по комнате, схватившись за голову.

"Что же делать? Что же делать?" — мысли метались, как птицы в клетке. Хотелось биться о стены, кричать, рвать на себе волосы. И в то же время надо успокоиться, найти способ спасти Толика.

Серые стены давили безысходностью. Казалось, выхода нет, всё напрасно. Она уже пожалела, что тогда не осталась в том месте, не перешла нату сторону. Бог, похоже, действительно покинул ее.

Полина упала на колени.

"Пожалуйста, услышь меня. Помоги Толику. Спаси его..." — шептала и повторяла вновь и вновь.