3 глава

Сильвана-11 не нашла своего места под солнцем. После восхода Грейс Куэлайс как верховного магистра, многие неугодные для столицы планеты потеряли свое собственное имя, таких планет было как минимум две в каждом секторе галактики. Они стали называться нейтральными планетами - Сильвана, и каждой был присвоен свой номер. Города стерлись с карт и были изрезаны на бездушные зоны. Люди здесь забыли о своей культуре, традициях и истории. Они стали прозрачным пятном в галактике, что просто заполняло пространство.

Корабль проскользнул в открытый грузовой шлюз в седьмой зоне. Внутри царил полумрак, нарушаемый лишь миганием синих ламп. Юнион вышла из корабля, разминая конечности и осматриваясь. Высота потолков терялась во тьме, с него свисали ржавые кабели и многочисленные провода.

— Идем, — сказал Исайя, направляясь к скрытой в стене двери.

Юнион молча последовала за ним, в мрачные туннели, больше похожие на лабиринт. Ее ботинки глухо стучали по полу, а внутри нарастала неизвестная тревога. Она вспоминала свои последние минуты перед попаданием в Пустошь. Последние слова наставников о том, что это великая честь и ответственность - прикоснуться к источнику силы. Звук капель, бившихся о пол, становился все громче, а шаги Исайи - все тяжелее. Чем ближе они подходили к помещению в конце коридора, тем сильнее она ощущала давление энергии. Дверь с лязгом открылась, и сердце Юнион сжалось сильнее, чем там, на Кайсаре, у руин храма. Никто не обратил на нее внимания, и если бы не биокинез, она бы подумала, что люди в помещении - обычное серое пятно Сильваны. Но она видела. Видела, как тонкие сверкающие нити окутывали каждого из них, как связывались друг с другом в танце и пульсировали, словно языки пламени. По затылку пробежали мурашки. Люди за круглым столом в центре обсуждали что-то особенно бурно и громко.

— Это был и мой дом тоже, Илария!

— Они должны это сделать, Савианн, хочешь ты этого или нет.

— Самоубийство! — вскрикнул молодой парень, вскакивая со своего места и размахивая руками. — Знаешь же, сколько нас осталось, меньше тридцати! Меньше тридцати, Илария, и он собирается использовать нас как разменную монету.

— Мы делали вещи и похуже, — сказала рыжеволосая, наконец обращая внимание на входную дверь и застывшую Юнион.