●Глава 6●

Настроение Лисы хлестало наотмашь по оголённым нервам генерала. Кошка была взбешена твердолобостью Чонгука, Хосока, Маркуса… Даже мать будто никак не волновалась о судьбе, хоть приёмного, но сына, и несостоявшегося зятя. Зато в душе Лисы зияла огромная дыра, заполненная только чёрной тоской по неудавшемуся счастью.
- Я позволяю?! - в голосе гепарда явственно слышалось рычание, - Ты!!! Зная, что я там, явилась в таком виде!!!
Лиса опустила взгляд вниз, чтоб посмотреть на самое обычное платье. Да только Чонгук с ума сходил от узкой талии, затянутой в корсет, от соблазнительных полушарий упругой груди, от нежной кожи, которую хотелось попробовать на вкус. Он наступал на пантеру, давил на неё своей энергетикой. Сама того не желая, она нарушила шаткое равновесие в душе гепарда.
- И оскорблять начала! - продолжал тем временем он.
- Я всего лишь сказала, что ты эгоист! И Маркус! Все вы! Только о себе думаете!
- О себе?! - глаза Чона опасно блестели.
Он толкнул первую попавшуюся дверь, за которой обнаружилась комната со столом, буфетами и стульями — один из многочисленных залов, которым редко пользовались. Пантера шипела и царапалась, зато в ней бурлила злость, а не страх, как всегда. Её жалкие попытки остановить огромного самца успехом не увенчались, он затащил Лису в комнату и захлопнул дверь.
- О себе я думал, значит?! - клыки из-под верхней губы явственно намекали, что гепард был на грани, - Не было ни одного проклятого дня, чтоб я не думал о тебе! Это я тебя узнал, я учуял, сам себя обрёк на муки! Мне сдохнуть где-то надо будет счастьем, Лиса!..
Горячая ладонь держала шею пантеры, а после, нежно огладив, поползла вниз. Красная пелена гнева стала рассеиваться и на её месте проявлялся уже привычный страх перед самцом. Зелёные глаза словно остекленели, но Чонгук уже не замечал. Его пара была так близко, невыносимая, притягательная. Сердце Лисы стучало так сильно, но гепард не слышал, потому что сам оглох и ослеп от навалившихся на него ощущений.
Рык разнёсся по дворцу, а после острые клыки оцарапали нежную кожу губ принцессы. Солоноватый привкус поцелуя опьянил ещё больше обезумевшего от страсти самца. Влажные глубокие движения языком последовали за прикосновением губ. Чон прижимал к себе хрупкую и мелкую по сравнению с ним Лису. Она даже не сопротивлялась, потому что оцепенела от ужаса. В двери начали стучать, но генерал услышал это не сразу. Он раскатисто зарычал, недовольный тем, что их уединение прервали таким наглым образом.
И лишь спустя несколько мгновений он осознал, как сильно трясло его пару. Понимание обвилось вокруг шеи удушающей петлёй, перекрывая дыхание. Лиса была белой, как мел, а ладони стали холоднее льда.
- Странники небесные, Лиса! - осознание, что послужил причиной такого состояния пары, легло на гепарда тяжёлым грузом.
Он подхватил принцессу на руки и быстро открыл дверь. За ней бесновалась Сана, которую удерживали от выбивания двери Хосок и Артур. Император ничего не сказал раздавленному произошедшим гепарду, а Лису доставили к лекарям.
- Не волнуйтесь, Её высочество сама нас снабдила успокоительными и восстанавливающими сборами, - Франк был, как всегда, на страже здоровья венценосной семьи.
Позже вечером в покоях императорской четы разразился первый за много лет скандал. Императрица рвала и метала. Её гнев был направлен вовсе не на гепарда, потому что он был подвержен гормонам и привязанности, это было понятно всем. Но Сана была зла на себя, что послушала мужа и не остановила всё сразу, но больше всего ей хотелось убить до безобразия спокойного Хосока.
- Да она же чуть не умерла! - металась по комнате желтоглазая пантера.
- Она бы не умерла.
- Она уже была на грани! Ты издеваешься надо мной?!
- Я считаю, что трагедия сильно преувеличена. Их уже давно надо было закрыть в одной комнате и не выпускать, пока не спарятся.
- Что?! Ты себя слышишь, Хосок?! Тебе настолько наплевать на мою дочь?!
А эта фраза уже зацепила императора за живое. Хоть он и не подавал вида, никогда не поднимал эту тему, но его всё же очень огорчало, что трое первых детей Саны были рождены от другого самца. Виноват был в этом, конечно, сам Хосок, но произошедшее уже случилось. Всё, что оставалось императору — принять ситуацию, что он и сделал.
- Не смей говорить мне этого! Никого из детей я не обделял вниманием, всех всегда одинаково любил, одинаково наказывал! Ты сама знаешь это!
- Тогда почему ты совсем не думаешь о безопасности Лисы?!
- Я думаю шире! Не о том, чтоб она вдруг не упала без чувств, а о том, чтоб стала самкой Чона! Они должны стать полноценной парой! Должны, понимаешь?! Я уверен, что всё бы наладилось, и прошли все недуги! Но тебе это сложно доказать!
Закончилась стычка тем, что впервые за много лет они заснули по разным сторонам супружеской огромной кровати.
А в своей комнате проснулась после продолжительного сна Лиса. Она сразу же учуяла знакомый запах травяного отвара. Пантера чувствовала некоторую слабость и сонливость, но в общем, состояние было вполне приличным. Она медленно поднялась, чтоб сесть на краю кровати. Кожа на лице горела от жёсткой ласки гепарда. Лиса потрогала ранки на губе и вспомнила сразу же произошедшее в той закрытой комнате. К своему удивлению, она не потеряла сознание сразу же, хоть кровь по венам побежала быстрее. На очередные подвиги такого рода принцесса, конечно, не была готова, но попавший в поле зрения кувшинчик с отваром натолкнул на одну совершенно безумную мысль…