Глава 1. Сломанные игрушки [1]
Девочка давно привыкла к тому, что время от времени границы ее маленького белоснежного мира раздвигались. Одна из стен ее комнаты медленно отползала в сторону, и внутрь вкатывалась высокая гладкая няня. Она кормила девочку, учила самостоятельно надевать комбинезон и пользоваться приборами. Прохладная поверхность ее механических рук со временем стала родной и приятной. Голос, предсказуемо ровный, неизменно радостный, наставлял и отчитывал с одинаковым безразличием.
Иногда няня приносила новые игрушки. Но затем она уходила, и мир снова замыкался на четырех стенах, низкой кровати с обитыми углами и коробке с фигурками, раскраской и давно разгаданными головоломками. Любимой игрушкой девочки была кукла в цветастом костюме с большим серебристым полумесяцем на груди, в котором можно было разглядеть свое отражение. Она назвала ее Клэр. «Мое солнышко Клэр» крутилось у нее на языке. Только благодаря кукле она знала, что вовсе не похожа на бело-серую няню с тремя черными символами по центру фигуры, или, скорее, няня не похожа на нее и других существ, мягких наощупь, с растущими из головы волосами и подвижным лицом. Иногда они появлялись в ее снах смутными силуэтами, а за ними всегда следовали травяной запах и шелест листьев. Девочка понимала, что ей снится волшебный лес, но никогда не задавалась вопросом, откуда знает это.
Она многое принимала как должное. Потому даже не пыталась выглянуть за границы своего мира, когда приходила няня. Вероятно, однажды она это сделала, потому что откуда-то знала, что снаружи — такие же белые стены.
Пытаться выйти из комнаты было бесполезно — когда-то девочка в этом уверилась и мысленно добавила к списку правил. И тем не менее, однажды, против ее воли, мир стал невыносимо огромным.
Тогда она играла с блестящими волосами куклы, такими же светлыми, как и у нее самой, и рассматривала себя в зеркальном полукруге. Она приближала и отдаляла куклу, стараясь поймать момент, когда искаженное отражение ее глаза размывается и превращается в светло-зеленое пятно. Она прищурилась и даже высунула язык, настолько увлеченная, что даже отодвинувшаяся стена не привлекла ее внимания.
Только когда ее коснулось нечто мягкое, девочка заметила, что пришла не няня, а большое белое существо с черным прямоугольником вместо лица. Оно потянуло ее за руку, заставляя встать на затекшие ноги. Говорило оно человеческим голосом, не таким бесстрастным и мягким, как няня.