Глава 10

    — У тебя такой взгляд... необычный, — вдруг сказал Ваня, когда мы сидели в кафе и пили кофе. Наш столик находился возле окна, выходящего на ту самую речку, рядом с которой мы с ним фоткались.
— Чего? — удивленно спросила я. Такого услышать явно не ожидала. — Что ты имеешь в виду?
— Ты смотришь на мир влюбленными глазами, — как-то странно произнес парень, вглядываясь мне в глаза. — Ну, знаешь, так смотрят маленькие дети, еще не познавшие жестокость жизни.
— Ты хочешь сказать, что я слишком наивна? — уточнила я, действительно заинтересовавшись его словами. И этот вопрос я задала без какого-либо раздражения, хотя, если мне бы кто-то дал положительный ответ на него, я очень разозлилась. А сейчас я готова была услышать любой комментарий. Даже если мне это не понравится.
— Нет, — быстро помотал головой Ваня, — это не то, что я хочу сказать. У тебя слишком добрый взгляд. Это не плохо, просто удивительно, что ли. Ты словно не переживаешь о том, как пройдет завтрашний день и какие неприятности могут в нем поджидать, — тщательно подбирая слова, чтобы максимально точно описать свои мысли, продолжил парень.
— А зачем мне думать о завтра, если еще не прошло сегодня? — для меня это был самый обычный вопрос, но Ваню он почему-то сильно удивил.
— Ты не планируешь следующий день? Не конкретно в этот момент, в любое время вообще, — спросил он.
— Если в нем не будет особо важных задач, которые мне известны, то нет, — пожала плечами я. — Я не могу быть уверена в завтрашнем дне, — «из-за него» — хотелось добавить мне, но я вовремя прикусила язык, дабы не сболтнуть лишнего. Итак решила поделиться жизненными установками, — поэтому я выбираю жить моментом.
— Ты не из тех, кто просвещает жизнь поиску истины, да? Изменить свою судьбу, если тебе она будет не по нраву?
— Я не верю в судьбу. Всегда есть шанс что-то поменять, что-то вернуть. Мы сами строим свой жизненный путь, а те фаталисты, что оправдывают каждую свою ошибку или упущенный шанс посланием свыше, — безответственные маленькие дети, боящиеся быть главными в своей жизни, — сделав глоток сладкого кофе, проговорила я. — Я не ищу истины. Так я упущу мелочи, которые принесут мне намного больше счастья, чем определенный смысл жизни. Что, если он мне не понравится? Что, если самое главное в жизни человека по версии Вселенной — не есть сладкое и спать ежедневно больше восьми часов, а не смотреть до трех часов ночи сериал или не разговаривая до пяти утра по телефону? — выгнула я бровь, заглянув Ване в глаза. Он внимательно меня слушал, чуть прищурившись.
— Но ведь должна быть небольшая определенность в ожиданиях от будущего, чтобы знать к чему стремиться?
— Она есть. Но не на том уровне, что я поминутно планирую ближайшие лет пятнадцать своей жизни. Моя определенность заключается в том, что я знаю, в каком направлении собираюсь двигаться. А дальше, по заветам Декарта, я буду решать задачи по мере их поступления. Планам свойственно меняться, поэтому доверия стопроцентного к желаемому результату всего пути у меня нет. Есть надежда. Небольшая, — усмехнулась я, думая, что наш разговор зашел на слишком философские мысли для первого... свидания? Или обычной встречи?
— Кла-а-асс, — протянул Ваня, — никогда не понимал людей, которые живут моментом. Как можно не задумываться о своем будущем? Не строить планы и не размышлять о тысячи возможных исходах при каком-то твоем неверном шаге? Раньше я называл таких людей беспечными, но, глядя на тебя, мне хочется сказать иначе. Ты живая. Светлая какая-то. Ты первая, кто смог мне объяснить противоположную моей точку зрения понятно. Мне кажется, сейчас это редкая черта в людях. Я не знаю тебя достаточно, чтобы судить глубже, но мне хотелось бы когда-то получить шанс все же сделать это.
— Разве это так сложно объяснить? Что тебе говорили другие, раз ты не мог правильно понять их мысль?
— Я понимал примерно, что они хотят до меня донести, но при этом они говорили все неуверенно. Будто пытаются сами себя убедить в этих мыслях или показаться другим некими философами, которые мыслят «не как все». Словно только им дано узреть настоящее счастье жизни. Они говорили так, будто мыслят по-детски. У них нет завтра, у них нет проблем, у них нет препятствий на пути, которые нужно придумать, как решить. Потому и считал их беспечными. Для меня было необычным услышать грамотное изложение твоих мыслей. Не зря ты учишься на журфаке, сможешь в будущем завлекать людей своими речами, — улыбнулся мне Ваня.
На самом деле, мне было слушать его интересно не меньше. Он был не типичным судьбовером или, наоборот, тем, кто пытался контролировать весь мир. В нем просто чувствовалось то, что он работает в бизнес-сфере — должен быть примерный план. Только на жизнь, а не работы.
Мы болтали еще некоторое время. Обсуждали учебу, работу, вспоминали какие-то моменты из детства... Он рассказал, что года в четыре у него был друг — Паша. Им в садике показали тогда какой-то мультик, где у одного мальчика была суперспособность — превращаться в разных животных. И они с Пашей загорелись желанием стать черепахами. Как раз недавно у одной девочки с их группы был день рождения и она хвасталась всем подряд, что родители подарили ей распрекрасную черепашку-Лёню. От нее же они разузнали, чем кормят ее зверушку. Ну, а дальше каждую прогулку уходили в уголок и, пока не видела воспитательница, давились травой, надеясь обрести навык перевоплощения в больших черепах. И через неделю оба слегли с температурой — отравились. И, если у Паши прошло все более менее хорошо, то у Вани пошла какая-то аллергия — кожа на теле стала очень сухой и в некоторых местах начала слазить. Тогда еще его отец пошутил, что тот «шкуру меняет». И Ваня в слезах носился по дому, крича, что не хочет становиться черепахой. Конечно, ему объяснили, что ничего такого не случится, но перед этим хорошо посмеялись над ситуацией.
Пока Ваня расплачивался (когда нам принесли счет и я потянулась к сумочке, он кинул на меня такой убийственный взгляд, качая головой, что я поняла — спорить было бы себе дороже и убрала руки от сумки), я загляделась на вид из окна. Точнее на небо. Оно практически полностью покрылось беззвездным мраком, но где-то далеко, сквозь листву деревьев пробивались янтарные лучики света. Образовывалась тонкая линия нежного розово-оранжевого цвета на небе, где, словно барашки паслись на поле, проплывали кучерявые облака. И меня захлестнули воспоминания. Пустая квартира, выключенный свет и...
— О чем задумалась? — вырвал меня из мыслей голос Вани, закрывшего счет.
— Закат прекрасный. Вроде осенний, но с отголосками лета... — не отрывая глаз от окна, протянула я. и Ваня проследил за моим взглядом:
— Обычный, — пытаясь вглядеться, улыбнулся он.
Я лишь неопределенно пожала плечами, вернув ему улыбку. У всех свое видение мира... и когда ты каждый увидит всю прелесть даже «обычных» вещей. К сожалению, мне известно это слишком хорошо. И, уверена, не мне одной.
Мы вышли на улицу и он предложил довезти меня до дома. Сначала я отказалась, так как мне не хотелось его напрягать, но Ваня аргументировал все тем, что нам в одну сторону.
— Уже поздно, одну до дома добираться я тебя точно не отпущу. Если не хочешь, чтоб подвозил я, давай вызову такси, — сказал парень, чем смутил меня еще больше. Не то чтобы мне никогда не вызывали такси до дома после встреч (хотя, надо признать, на свидания я хожу не так часто), но переживали о том, как я доберусь — впервые. И я согласилась на то, чтобы до дома меня довез Ваня, спросив еще раз, не доставит ли ему это неудобств. На что получила ответ, что все в порядке и мы направились домой.
— Могу спросить, когда ты будешь свободна в следующий раз? — лукаво улыбнувшись, спросил Ваня, аккуратно ведя машину. Хотя на улице было темно, — лишь свет фонарей освещал дорогу, а заодно и маленькую часть салона авто — ямочки на щеках парня разглядеть мне удалось. И это выглядело безумно мило. И как-то сразу захотелось расписать поминутно свои планы, где я, совершенно случайно, буду находить свободное окошко для встреч с ним. И мне безумно хочется, чтобы я не ошиблась, если в будущем все же решусь сделать это.
— До конца недели, к сожалению, я буду проводить время в четырех стенах, — горько сказала я, глядя на свою руку. — А дальше нужно смотреть по количеству пар в расписании и по графику смен, — протянула я и, спохватившись, достала телефон, чтобы узнать, когда теперь будет моя смена в кофейне. Но телефон оказался разряжен и пришлось его убирать обратно в сумку.
— Тебе прямо-таки не терпится вернуться на работу, да? — усмехнулся парень. — Как насчет субботы?
— Я не против, — чуть подумав, согласилась я. Хотя, кого я обманываю? Я лишь сделала вид, что задумалась. Ответ я знала еще до того, как он предложил день новой встречи. Но не могу же я сразу согласиться? Нужно держать лицо.
— Ну, тогда договорились. Я еще напишу по этому поводу, — улыбнувшись, Ваня повернул голову в мою сторону. И я кивнула, улыбаясь ему в ответ. Вскоре мы приехали к моему дому. Ваня вышел первый и открыл мне дверь, подавая руку. Подойдя к подъезду, мы встали друг напротив друга.
— Спасибо за вечер, Ася, — сказал парень.
— И тебе... спасибо.
Попрощавшись, я поднялась в квартиру. Поставив телефон на зарядку, я направилась в ванную, чтобы смыть макияж и лечь спать.
Подойдя к раковине, я кинула взгляд в зеркало и замерла. Я показалась себе привлекательнее, чем выходила из дома. Нарциссизм? Возможно. Но мне впервые было так хорошо. Будто внутри наступила весна, несмотря на осень за окном, — все начало зеленеть. Уж не знаю, что приберегла для меня жизнь, но сейчас я не хочу ни о чем думать, кроме как об ощущении счастья внутри.