Глава 1
Глава 1 - Контракт
(о том, как всё началось задолго до контракта)
Сложно сказать, когда всё стало... слишком.
Они дружили почти всю жизнь — или, по крайней мере, с того момента, как начали помнить. Тайлер был шумным, но замкнутым. Джош — тихим, но бесстрашным. Они сливались, как аккорды в одной песне, и никто не помнил, кто к кому первый подошёл, кто кого впервые назвал «братом».
У них были фазы:
— безрассудное детство;
— первая репетиция ;
— первый тур в вонючем фургоне;
— срывы, сцены, выгорание;
— и тысячи ночей, где единственным светом был кто-то рядом.
Со временем они научились читать друг друга по морганию, по манере держать кружку, по вздоху. Тайлер всегда знал, когда Джош прятал злость за шуткой. Джош знал, когда Тайлер собирался исчезнуть на день, просто молча, и ждал его возвращения.
Они спали на чужих диванах, делили последний кусок пиццы, могли не говорить неделями — и всё равно быть самыми близкими.
Но время шло. И взрослые люди должны были, вроде бы, «устраивать свою жизнь».
У Джоша появилась Дебби. У Тайлера — тишина.
И тишина начала болеть. Не сразу. Сначала — еле заметно, как будто любимую песню включили слишком тихо.
Он говорил себе: это просто ревность. Просто страх. Просто привычка.
Но потом — были взгляды. Были касания. Были моменты, которые не вписывались в дружбу.
И тогда Тайлер понял: если не сказать об этом прямо, то это его сломает.
А если сказать — сломается всё.
И он выбрал третий путь.
Контракт.
***
Дверь распахнулась с такой силой, что едва не врезалась в стену. Тайлер даже не вздрогнул — он знал, кто это.
— Привет, Джош, — сказал он спокойно, не отрывая взгляда от клавиш.
— Я её бросил. — рявкнул тот в ответ и скинул рюкзак на пол, будто тот был виноват во всём. — Точнее, она меня. Или... Я не знаю, кто кого. Короче, это конец.
Тайлер чуть поднял брови.
— Дебби?
— Ну а кто ещё, Тай? У меня больше нет девушек с фамилией Райан. — Джош прошёл вглубь квартиры, как у себя дома, скинул куртку, сел на диван и уставился в одну точку. — Она говорит, что я "закрытый" и "теряюсь" и что ей надо "что-то настоящее". А я... что? Я что, фальшивка, по-твоему?
Тайлер молчал. Он сел рядом, протянул Джошу бутылку воды и просто посмотрел на него — внимательно, мягко.
И только потом тихо сказал:
— А ты правда хотел, чтобы с ней получилось?
Джош замолчал. Долго. В комнате повисла тишина — не тяжёлая, просто... выжидающая.
Он сел на край дивана, сгорбившись, как будто только сейчас устал по-настоящему.
— Она классная девушка, — наконец выдохнул он. — Она многим увлечена, у нас много схожего. Ты видел хоть одну девушку, которая может с равным упоением слушать The Smiths и blink-182? Лично я — нет.
Он усмехнулся, но без тепла. Сухо, уставшим уголком губ.
— Но её характер...
Он не договорил, просто качнул головой и закрыл глаза. Лоб упёрся в ладони. Голос стал ниже:
— С ней всегда надо быть кем-то. Доказать, что ты «достаточный». Что ты всё ещё достоин. А я... я и так каждый день в голове со своими демонами на ринге. Мне просто иногда нужен кто-то, кто скажет: «Ты уже есть. И этого — достаточно».
Он посмотрел на Тайлера. И взгляд был впервые за день по-настоящему честным.
Без масок, без смеха, без привычного «всё ок».
— Но у неё этого не было. А у тебя — есть.
Тайлер отвёл глаза, чувствуя, как смущение берёт вверх. Он сжал пальцы, будто хотел спрятать в кулаке всё, что не сказал.
— И что теперь?
Джош пожал плечами, выдохнул коротко, чуть горько.
— Не знаю... Либо очередная попытка... — он сделал паузу, будто слова вдруг стали слишком тяжёлыми. — Либо строить отношения с кем-то другим.
Тишина повисла над ними, как натянутая струна.
Тайлер не ответил сразу. Он лишь кивнул, глядя в сторону, и едва заметно усмехнулся.
— А давай... устроим контракт?
Джош посмотрел на него, сбивчиво моргнув.
— Контракт?
— Отношения, — сказал Тайлер, — но по договору.
Без обязательств. Без чувств. Просто... игра.
— Ты серьёзно?
— Почему бы и нет?
Ты — не знаешь чего хочешь . Я — тоже. Нам хорошо вдвоём. Мы всё знаем друг о друге, ничего не притворяемся.
Джош усмехнулся, качая головой:
— Это звучит как самая глупая идея, которую ты когда-либо предлагал.
— А ты подписался бы?
Тайлер смотрел Джошу прямо в глаза.
Джош не отводил взгляда — напротив, казалось, пытался заглянуть в самую суть.
Он был спокоен, но взгляд его чуть прищурился. В нём было что-то от недоверия, что-то от интереса.
Тайлер почувствовал, как сжимается внутри. Он уже пожалел, что сказал это вслух.
Глупо. Это звучит глупо. Он сейчас засмеётся, скажет "ты в порядке вообще?" — и уйдёт.
Но вместо этого Джош слегка наклонил голову и сказал:
— Какие условия?
Тайлер моргнул. Он не ожидал, что тот всерьёз воспримет его.
Он глубоко вдохнул, подавляя дрожь в пальцах, потянулся к кофейному столику, нашёл ручку и чистый лист бумаги.
Положил перед ними и начал писать.
— Условия контракта просты, Джош.
Он писал, проговаривая вслух, будто каждое слово должно было быть услышано и запомнено:
— Во-первых, никаких чувств.
Никакой ревности.
Объятия — исключительно для утешения.
Поцелуи — по праздникам.
Никаких планов.
Никаких ожиданий.
Никаких разбитых сердец.
Срок : 6 месяцев.
Он поднял взгляд.
— Всё ясно?
Джош кивнул, но его брови слегка сошлись.
— Да, но... — он на секунду замолчал. — Предположим... если что-то пойдёт не так? Если один из нас нарушит правила?
Тайлер не отвёл глаз. Он посмотрел на написанное. Медленно, как будто взвешивал всё ещё раз.
Потом поднял голову и чётко, почти безэмоционально произнёс:
— Контракт расторгается.
Тишина повисла между ними.
Лист бумаги лежал между двумя чашками. Джош посмотрел на него, будто вчитываясь, а потом... протянул руку и подписал внизу.
— Значит, теперь мы — по контракту?
Тайлер усмехнулся уголком губ.
— По контракту.
Тайлер усмехнулся, глаза блеснули лёгкой игрой. Он аккуратно развернул лист, подвинул его к Джошу и, с театральной серьёзностью, протянул ему ручку.
— Требуется ваша роспись, сэр.
Джош поднял брови, усмехнулся в ответ — всё ещё с оттенком сомнения, но и с долей искреннего интереса. Он взял ручку, повертел её в пальцах.
— Как официально...
— Контракт же, — пожал плечами Тайлер. — Всё по правилам. Условия, подписи, и... возможно, последствия.
— Возможно?
— Ну, мы же не юристы.
Они оба усмехнулись, но в этой улыбке уже жила тонкая, хрупкая черта — черта, которую они только что добровольно пересекли.
Джош поставил подпись. Почерк вышел чуть неровным — будто рука колебалась.
Затем он вернул ручку Тайлеру и посмотрел на него. Долго. Глубоко.
Будто подписывался не под игрой — а под чем-то гораздо большим.
Тайлер тоже наклонился к листу. Его рука дрожала едва заметно — не от страха, скорее от странного чувства, будто он подписывал не просто бумагу, а нечто гораздо более глубокое. Чернила оставили лёгкий завиток его имени рядом с подписью Джоша.
Он откинулся на спинку дивана, бросив взгляд на листок между ними.
— Это похоже не на контракт, — произнёс он с кривой улыбкой, — а на заключение брака.
Джош хмыкнул, не сразу найдя, что ответить. Его плечи чуть расслабились, а в глазах мелькнуло что-то почти тёплое.
— Ты прав, — сказал он, сдерживая усмешку. — Только вместо колец — объятия по расписанию.
— И поцелуи строго по праздникам, — подхватил Тайлер, уже мягче, почти нежно.
Они оба засмеялись, но в этом смехе было что-то странное — будто под ним пряталась тишина. Приятная, пугающая, слишком настоящая.
Джош вытянул ноги, устало потёр шею.
— Ладно. Контракт заключён. У нас теперь есть отношения без последствий. Что дальше?
Тайлер приподнял брови.
— Думаю... теперь всё по правилам. Ужинать вместе — можно. Засыпать рядом — допустимо. Только не забывай: никаких чувств.
— Конечно. Чувства — это не по контракту.
— Мне тебя в телефоне как подписать? «Зай» или «Солнце»?
Тайлер закатил глаза, но не смог сдержать смех. Он ткнул Джоша локтем в бок, не слишком сильно, но с ухмылкой:
— Заткнись.
— А может, «муж по контракту»? — не унимался Джош, делая вид, что набирает что-то на телефоне. — Или «поцелуй только по праздникам»?
— Джо-ош! — простонал Тайлер, смеясь уже по-настоящему. — Хочешь, чтоб я расторгнул его в первый же день?
— Неа, — Джош спрятал телефон в карман— это забавно и интересно.
Тайлер на секунду опустил взгляд, будто обдумывал что-то, а потом тихо, почти шепотом согласился:
— Да, ты прав.