Глава 40. Встреча в канаве.

Уютные дни, наполненные каллиграфией и заботой, не могли длиться вечно. Се Лянь сидел за столом, просматривая отчеты о текущих операциях Хуа Чэна, когда атмосфера в комнате изменилась. Хуа Чэн, который до этого спокойно сидел, играя с серебряным кубиком, мгновенно напрягся. Тихий, но острый сигнал прошел через его внутреннюю сеть связи.

- Он снова здесь, - Хуа Чэн произнес это с ровной, смертельной скукой, которая была опаснее открытого гнева.

- Кто? - Се Лянь поднял глаза, сразу почувствовав напряжение.

- Ци Жун. Некая крыса, которая постоянно путается под ногами. Я уже несколько недель игнорирую его мелкие попытки испортить поставки. Но теперь он перешел черту: он угрожает моему бизнесу в районе Черного Хребта.

Район Черного Хребта был важным транспортным узлом Хуа Чэна. Любая задержка или диверсия там могла вызвать цепную реакцию.

- Что он делает? - спросил Се Лянь, его голос был обеспокоен. Он знал, что Ци Жун был его двоюродным братом, но знал и о его полном отсутствии моральных принципов.

- Он решил устроить представление. Вывалил мусор в главном туннеле и разбросал листовки с грязными слухами, - Хуа Чэн усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья. - Он привлекает слишком много внимания. Пора убрать эту грязь.

Се Лянь встал.

- Я пойду с тобой, Сань Лан.

Хуа Чэн посмотрел на него.

- Ты уверен, Гэгэ? Тебе не обязательно видеть... эту мерзость.

- Я хочу. Я не могу позволить тебе рисковать в одиночку из-за моей вины. И если это Ци Жун, возможно, я смогу...

- Хорошо. Держись рядом.

Они отправились вглубь портового района, который контрастировал с местом недавней трагедии. Здесь царила жизнь, но это была жизнь грязная, криминальная. Туннели и склады Черного Хребта были грязными, шумными и хаотичными.

Хуа Чэн двигался быстро, как тень, и Се Лянь едва поспевал за ним. Наконец, они услышали знакомый, пронзительный голос.

- ...Да! Именно так! Разруха! Все рухнет! Черный Ран погряз в грехе! Ему конец!

Ци Жун сидел на вершине кучи строительного мусора, размахивая самодельным флагом, сделанным из грязной тряпки, и выкрикивая оскорбления в адрес Хуа Чэна, смешивая их с безумными пророчествами. Рядом с ним стояло несколько грязных, но верных ему людей.

Хуа Чэн остановился. Он не стал прятаться. Его появление мгновенно вызвало панику среди мелкой шпаны Ци Жуна, которые, бросив своего лидера, разбежались.

Ци Жун обернулся и увидел их. Его тонкие, зеленоватые глаза загорелись яростью и злорадством.