"Тихий выдох вечности"

В начале было так.
Сначала просто слово.
А после появился он.
Я помню первую из сотни наших встреч:
Поверхностный, кудлатый, невозможный ангел
Сиял, как будто бы мы старые друзья.
На время первой встречи.

-Привет, привет!
Ты снова здесь!
Ты помнишь?
Виделись недавно...

Я просто замер.

Кудри, легкая походка и наивный взгляд.
Мда, Его было бы трудно не узнать...
Он - ангел.
Начхав на все запреты,
Шагал навстречу мне.
А я же дьявол,
Сторонился.
Да где же видано чтоб ангелы
Водились с нами?
Те, кто привык считать грехи,
И те, кто их прощал.
Прилип он словно банный лист.
А я бежал надеясь все ж уйти.
Но будто бы насмешка от судьбы:
Господь приставил нас к детя.

Первой стала та,
Кто все зверьё несла домой.
Лечила лапы и усы.
А после отпускала в волю.
Он сны нашёптывал ночами
Про добрый мир
И про зверьё.
А я лишь наблюдал.
Но годы шли, а вера в чудо не угасла.
Надела белоснежный хласт,
Открыла домик.
Маленький такой, для всех,
Кто жался здесь к дверям.
А после - дети и внучата,
Теплый смех на кухне по утрам.
Мы навещали изредка, тайком,
Как тихо старят ее руки.
И в час, когда душа ушла,
Она была в кругу родных, любимых.
Он улыбнулся:

- Вот что значит жить.
Не зря все это, видишь?

И я тихонечко кивнул.

Странно: из колкостей мы перешли к смешкам.
Я оглянутся не успел
И мы уже хорошие друзья.
В какой момент мы сблизились?
Увы не знаю.
Но точно знаю -
Мы не разлей вода.
Он приучил меня к восходам.
Будил бесцеремонно, за плечо,
Тянул на крышу, в сырость, в холод,
Чтоб показать, как край небес алеет.
Я злился, кутаясь потуже.
А он стоял, подставив ветру грудь.
И говорил:

- Смотри, ведь это чудо!
И каждый раз оно другое.
Каждый новый раз как самый первый.
Прям дух захватывает здесь!

Я не любил рассветы всей душой.
Но нравилось смотреть, как он сияет
В первых утренних лучах.

Так минуло и не один десяток лет.
Подопечных было много.
А он все тот же, светлый.
Прям светился,
Стараясь в понимании людей.
Я лишь наблюдал.
И понемногу проникался.
Еще была противная привычка у меня.
Не припомню, когда началось,
Однако проклятые дымок
Везде преследовал, как напоминанье серы.
Он не ругал, не спорил, не кричал.
Он просто в дождь на улицу меня тащил.

- Пойдем, там ливень! Посмотри какая влага!

Я выходил ворча и пряча сигарету.
А он кружился, как мальчишка по двору,
Подставив кудри струям.
И мой окурок мок и гас, и тлел напрасно.
Я злился, но бросал. А после снова начинал.
А он опять:

- Там дождик снова!
Побежим гулять.