Он : Инициализация
Кажется, все началось двадцать лет назад.
Воздух в аудитории был легким, теплым, по-особенному весенним. Это был апрель - время, когда уже ощущается приближение летних каникул, но еще нет бессонных ночей и нервной работы над курсовой.
Я спал за партой, подложив руки под голову. Почти сопел под убаюкивающий голос преподавателя по не особенно важному предмету. Тогда мои волосы еще не были острижены по принципу «главное, чтобы не мешались», а небрежно рассыпались по гладкому лицу, еще без щетины и морщин.
- Александр. В чем разница между принципом и моралью? – голос преподавателя раздался по кабинету, отражаясь от стен глухим эхом.
Кто-то дернул меня за плечо, вырывая из яркого сна, который, к сожалению, исчез в тот же миг, как я открыл глаза. Сосед сидел рядом и показывал взглядом, что смотреть сейчас нужно не на него, а на человека у доски.
Одним неловким движением я стер с лица остатки сна и с самым серьезным видом ответил на вопрос, которого не знал, но который слишком часто мелькал на парах по философии:
- Жить надо так, чтобы потом не жалеть об упущенном прошлом. Короче, в кайф.
Лицо преподавателя, которое еще минуту назад не отражало эмоций, резко скривилось в недовольной гримасе. Со скандалом он выгнал меня за дверь вместе со всеми вещами, добавив, что зачет по его предмету я не получу.
Я вылетел из здания, расправил плечи – свежий воздух ударил в легкие. Мой шаг ускорился. Я бежал, не чувствуя усталости. Сегодня приду домой пораньше. Внутри теплился запах любимых пирожков с капустой, которые мама обещала испечь утром.
Отличный день.
Я тащился в сторону подъезда, волоча за собой сумку, в которой кроме тетрадки с вырванными листами, пары жвачек и сигарет ничего не было.
Войдя в квартиру, я сразу почувствовал напряжение. Лишняя пара обуви у двери означала лишь одно - отец вернулся из командировки. Я с усилием надавил пальцами за край ботинка, снял его и медленно поставил рядом. Мялся у входа, не желая проходить дальше. Урчание в животе заставило сделать шаг. Кухня встретила меня тяжелым, холодным взглядом. Отец сидел спокойно, почти неподвижно. Спина ровная, словно зафиксирована невидимой рамой. На нем – офицерский китель с тремя звездами на погонах.
- Почему так рано? Совсем не учишься? Садись.
Последнее было не предложением. Приказом. И я сел.
Мама суетилась вокруг него, стараясь угодить. Он был недоволен. Не та ложка. Суп без лука. Хлеба нет на столе. И это его движение – поворот кружки, чтобы та стояла ровно.