Глава 14

Солнце слепило ярким светом, а песок, взметнувшийся от стремительных шагов, кружился в воздухе, подобно золотой пыли. Во дворе собрались стражники, их боевые топоры и сверкающие хопеши были готовы к бою. Они окружили старшего сына фараона, чья сила казалась безграничной. Целая дюжина крепких, сильных мужчин, один за другим, бросались на него, размахивая оружием.

Но Каир был не просто силен, он был неуязвим. С хопешем в руке мужчина двигался с такой грацией, словно скользил не по песку, а по водам Нила. Его лезвие мелькало, как крыло орла, отражая атаки одну за другой. Каир не давал противникам расслабиться ни на секунду. Каждый его выпад был точен и быстр, заставляя стражников отступать, теряя равновесие. Он не просто блокировал удары, но и использовал их инерцию, направляя против самих нападающих. Иногда мужчина делал резкий выпад вперед, заставляя противника отшатнуться, а затем, с молниеносной скоростью, менял направление, нанося легкий, но ощутимый удар по незащищенному участку. Дворцовый двор наполнился звоном лезвий, глухими ударами и мужскими возгласами, полными напряжения и восхищения.

Замерев у одной из ближайших стен, Наим и Тотэй внимательно следили за этой так называемой тренировкой. Сегодня их буквально освободили от множества других обязанностей. Вместо привычной суеты и множества дел, им поручили лишь одно: собрать оружие после тренировки и привести двор в порядок. Именно поэтому парни застыли, как статуи, с нескрываемым интересом глядя на происходящее. Они видели не просто схватку, а отточенное мастерство, где каждый жест Каира был выверен до мелочей, а его движения напоминали танец, смертоносный и завораживающий. Они наблюдали, как Каир предугадывает каждый шаг противника, как его тело становится единым целым с оружием, как он использует пространство двора, не позволяя стражникам сомкнуть кольцо.

— Вот это силища! — произнёс Наим, уловив момент, как Каир одним, казалось бы, небрежным, но молниеносным ударом сбил двух стражников с ног.

— Сразу видно, он зверь, а не человек, — прошипел Тотэй, не скрывая своей явной неприязни. В его голосе звучала смесь страха и даже брезгливости, а взгляд, полный холода, скользил по могучей фигуре Каира.

— Сколько же он учился так сражаться? — с искренним восхищением спросил Наим, пытаясь представить себе годы изнурительных тренировок, которые могли привести к такой невероятной силе и ловкости.

— Мне вот вообще не нужна такая информация, — снова фыркнул Тотэй, чувствуя, как внутри что-то неприятно дрогнуло.