Глава 16
С трудом разлепив тяжелые веки, Наим медленно поднял голову с подушки, ощущая, как она мягко проминается под его весом. В висках тут же застучало, словно кто-то невидимый отбивал там тревожный ритм, а ноющая боль прошла по всему телу, напоминая о каждой мышце, каждом суставе. Ночь выдалась самой неприятной, как и ночной кошмар, что буквально не отпускал парня, оставляя после себя липкий след тревоги и страха. Ему потребовалось несколько долгих минут, чтобы осознать, что наконец наступило пробуждение, что реальность отличается от зловещих образов сна. Но стоило Наиму прийти в себя, как дверь комнаты с грохотом распахнулась, будто ее ударили с силой. Юноша буквально подпрыгнул, инстинктивно сжимая кулаки, и перевел взгляд на встревоженного Абиля, что возник на пороге.
— Наим, беда! — проговорил тот, и стремительно приблизился.
— Что уже случилось? — еще сонно и вяло спросил Наим, хмуря лоб от головной боли, пытаясь собраться с мыслями.
— Тотэй, вчера наполнял купальню, и потерял сознание, — затараторил парень, жестикулируя руками, рисуя в воздухе картину происшествия. — Прямо при благом сыне!
— Чего?! — изумился Наим, и его сонливость как рукой сняло. Он вскочил с места, едва не споткнувшись о край кровати. Поверить в услышанное было невозможно, и юноша буквально ощутил, как всё внутри скрутилось в тугой, болезненный узел.
— Пошли в храм, он у суну! — добавил Абиль, уже подскочив к двери. Наим терять времени не стал и тут же, покинув комнату, где еще витал запах сна и тревоги, направился вслед за парнем. Быстрым шагом они пересекли несколько дворцовых коридоров, а затем и двор, напрямик направляясь в так называемую лечебницу.
— Так, что всё же произошло? — чуть сбитым дыханием спросил Наим.
— Без понятия, но то, что за такое его могут не просто высеч, а казнить это точно, — уверил Абиль, более серьезным голосом. Своими словами парень лишь подлил масла в огонь, заставив Наима переживать ещё больше. Он прекрасно знал, что после последнего столкновение с Каиром, Тотэй с трудом смог прийти в себя. Раны на его спине, глубокие и болезненные, толком не зажили, из-за ежедневного, изнурительного труда, который ему приходилось выполнять, несмотря на слабость. Но чем именно могла обернуться эта ситуация, Наим и предположить не мог.