Глава 20 - Совершенство как вера
Дом Тео затаился на окраине района, который время и прогресс покинули, как корабль-призрак. Здесь когда-то селились инженеры, чьи профессии стёрлись с чертежей современности. Теперь дороги оплывали, зарастая у корней травой, провода на столбах свисали бесполезными лианами, а стёкла в окнах соседних домов, давно ослепшие, отражали лишь ржавчину и низкое, свинцовое небо.
Внутри царил свой микрокосм, пропитанный ароматами пыли, остывшего машинного масла и неподвижности — настолько плотной, что она казалась вечным сожителем, с которым иссякли все темы для разговоров. Тео не утруждал себя уборкой. На полках, в хаотичном порядке, покоились реликвии ушедшей эпохи: платы с позолотными дорожками, похожие на карты забытых городов, бесчувственные датчики, пачки бумаг, где формулы медленно выцветали под натиском времени. Порой он и сам не мог провести грань между хламом и памятью.
Айзек оставался с ним все эти годы. Не тенью, но постоянным фоном, безмолвным и необъяснимым, как закон природы, к которому просто привыкаешь. Он не требовал внимания, не нарушал тишину без причины. Он просто был. И Тео, сам того не замечая, перестал видеть в нём устройство — скорее, стационарный элемент бытия, вроде этих вечных часов, чей механизм отсчитывает секунды в пустоту.
По ночам из-за двери лаборатории доносилось тихое, настойчивое жужжание, шелест беседующих с сетью терминалов, всполохи холодного голубого света, танцующие на стенах подобно северному сиянию. Тео не входил, не спрашивал. Где-то в глубине души он понимал: неведение — последний оплот его спокойствия.
Он стал отшельником в каменной раковине, почти не покидая своих стен. Единственным окном в чужой, стремительный мир служил старый радиоприёмник на подоконнике, в компании с засохшим кактусом. Аппарат жил своей жизнью, потрескивая и захлёбываясь, но порой выплёскивал обрывки фраз, звучавшие как голоса из иной реальности:
«...очередной прорыв Азимарха в области нейроимплантов...»
«...срок службы кардиомодулей превысил все ожидания...»
«...учёные называют это чудом, но за ним стоит чистая математика...»
Тео каждый раз замирал на мгновение, вслушивался, а затем, с выражением человека, наблюдающего за праздником из-за высокого забора, возвращался к своему паяльнику.
Он никогда не задумывался о том, кто скрывается за именем Азимарх. Для него это был пустой ярлык, фасад, за которым корпорации прятали безликие коллективы разработчиков.