Глава 35

Каллиста проснулась от того, что кто-то настойчиво тряс её за плечо. Сознание возвращалось медленно, тяжело и неохотно, пробиваясь сквозь густую, вязкую пелену сна.

— Калли, просыпайся, мы уже опаздываем! — голос Гермионы ворвался в её сознание, встревоженный и раздражённый одновременно. Он резанул по уху, как флейта по стеклу, разрушая хрупкую магию сна.

— Иди, я догоню, — Каллиста отмахнулась, даже не открывая глаз, и, перевернувшись на другой бок, с силой натянула пуховую подушку на голову. Тьма и тишина, пахнущие пером и забытьем, снова начали затягивать её в свои спасительные объятия, обещая ещё хотя бы пять минут покоя.

— Каллиста Уильямс, не смей снова засыпать! — возмутилась Гермиона, но её голос доносился уже откуда-то издалека, словно сквозь толщу воды. Он превратился в неразборчивый гул, в шум прибоя, который только убаюкивал сильнее.

А потом наступила идеальная, абсолютная тишина.

Следующее пробуждение было резким, как удар молнии. Каллиста распахнула глаза и уставилась в знакомый балдахин кровати, чувствуя, как по позвоночнику пробежал ледяной ток тревоги. Что-то было не так. Что-то было катастрофически, непоправимо не так.

Она медленно, со скрипом в душе, повернула голову к тумбочке. Часы. Её наручные часы, которые она всегда клала перед сном на стопку книг, чтобы видеть время с кровати.

Циферблат смотрел на неё с немым укором, стрелки стояли на безжалостных цифрах.

— Мерлин великий! — Каллиста подскочила на кровати так резко, что едва не свалилась на пол, запутавшись в одеяле. Двадцать две минуты до начала Защиты от Тёмных Искусств. А это значило только одно: первый урок — трансфигурацию у профессора Макгонагалл — она проспала полностью. Полностью! Её мозг, всё ещё сонный, отказывался это осознавать.

— Как я могла проспать?! — простонала она в пустоту спальни, хватая школьную юбку и натягивая её через голову. Ткань противно зашуршала, цепляясь за рубашку пижамы.

Пуговицы на форменной рубашке не слушались. Пальцы дрожали крупной дрожью от спешки и накатывающей паники, и когда ей наконец ценой невероятных усилий удалось застегнуть все, она с ужасом обнаружила в зеркале, что рубашка сидит криво — одна пуговица попала не в ту петлю, и воротник злорадно перекосило, обнажая ключицу.

— Да что же это такое!

Каллиста рванула рубашку, с треском расстёгивая её одним движением, и начала заново. Раз, два, три — на этот раз правильно. Носки, мантия, туфли — она запрыгивала в одежду, как в горящий дом, прыгая на одной ноге и чертыхаясь сквозь зубы.