16 июня 2037

Серость. Ливень. Утром я взял банку и пошёл к канаве. Я взял несколько головастиков, надеюсь, выживут. Во второй половине дня я услышал шум в прихожей. Я тогда дрогнул. Я не видел людей неделю (не считая двух карих глаз мусульманки, которая протянула мне посылку). Да, я вспомнил. Вспомнил, что живу не один.

Не то чтобы я очень люблю эту женщину. Возможно, любил когда-то, но, навряд ли, полюблю в будущем, если оно вообще будет. Но я её уважаю. Она не глупа, но умом не блещет. Я всегда зол на неё. И она на меня. Сейчас все злые. Людей и так тяжело найти, тем более добрых

Я вспомнил этот топот маленьких лапок. Её чёрную крысу Битый Пиксель я тоже не люблю.

Холодные руки поставили на стол консервы и хлеб.
Я долго молчал, набирался сил. Я медленно взял в руки вилку и сказал ей, что после недавнего обыска солдаты сожгли половину её книг.
Я бы описал, что произошло дальше, но материться нехорошо.

Она спросила, открывал ли я подпол. За те три недели, что её не было, я делал это раз пять.