Часть 2 (Гл. 4)

Окунев посмотрел на часы. Забавное ведь время – 08:08. Наверное, всё же для Окунева лечь сегодня пораньше было не самой лучшей идеей, хотя никакие другие варианты ему на ум и не приходили. Ничего подобного раньше он не чувствовал, но теперь кажется его жизнь перестала быть утомительно нудной и разом превратилось во что-то важное, когда каждый его поступок имел вес, а мысли рождались и умирали в его голове каждую секунду. Может быть поэтому он все никак не мог заснуть, а все пережевывал раз за разом все вчерашние события: странная визитка, склад, одноглазая женщина, странный старик. Иногда правда Окунев впадал в некое полудремлющее состояние, когда мысли начинали течь в нем без его воли, но сном это состояние вряд ли можно было назвать.

Он даже не раздевался - как только вошел в квартиру он упал на кровать и стал думать о завтрашнем дне и очнулся только когда была уже поздняя ночь. Наверное, сначала нужно было хотя бы поесть, но это ежедневное действие казалось таким неважным по сравнению с той значимостью для его жизни завтрашнего дня, что эта потребность даже и не добралась до его сознания.

Первым делом, как только Окунев рухнул на кровать, он стал перебирать, пытаясь запомнить до мельчайших деталей то, что услышал днем от той женщины. План был простой – завтра, раз они решили убить президента, нужно было прийти на тот же склад рано утром. После этого часть их должна будет отвлечь эскорт, загородив дорогу, в то время как один из них, кто будет выбран уже завтра, будет стрелять по аэрстенду президента, которому придется остановиться. Это все было понятно, но главное, что пытался понять Окунев – заслужил ли он сегодня своей речью право стрелять, или же придется зарабатывать это право уже завтра?