Глава 33

    Белые кости медленно погружались и всплывали, а сквозь пустые глазницы буйно прорастала водяная трава, полная жизни. Чжэн Чунь закрыл лицо руками.

    — Если я украду это, какое наказание меня ждёт? А они? Что будет с ними?

    — Смерть. — Голос ветра обрёл зрелые мужские нотки, и, казалось, породил эхо в этой хаотичной пустоте. — Умрёшь не только ты. Умрут все те, кто, заполучив истинную сущность, вздумал на ней совершенствоваться. Наказание не пощадит никого, в чьём сердце есть злые намерения.

    — Смерть... — Пробормотал Чжэн Чунь. — Смерть... Возможно, это не так уж и плохо.

    Ветер приблизился к нему. Чжэн Чунь повернул голову. Хотя перед ним по-прежнему была лишь бестелесная пустота, ему почудилось, будто ветер — это человек, что сидит рядом с ним и обнимает его за плечи, словно способный понять горечь в его сердце, словно способный утешить его душу.

    — Тот мир разочаровал тебя, да? — В этот раз голос ветра приобрёл женские, мягкие и ласковые интонации. Казалось, голос действительно мог сопереживать, понять его разочарование в мире живых и даже ощутить ту каплю ненависти, что примешивалась в его сердце к чувствам, которые он испытывал к Вэй Чи.

****
    А потом он вернулся. Вернулся в мир живых. Холодный пот на лбу напоминал ему о пережитых в Ручье Забвения разочаровании и тоске. Руки Вэй Чи по-прежнему обнимали его, и он снова спрашивал, что ему снилось. Чжэн Чунь вырвался из объятий мужчины и сел. Окно комнаты было закрыто, он не мог видеть, что происходит снаружи, но сквозь щели в деревянной раме пробивались лучи света. Глядя на эти яркие полоски, Чжэн Чунь тихо сказал:

    — Я был в одном месте. Оно было ужасным! Повсюду плавали мёртвые тела. И я услышал голос, который говорил: «Добро пожаловать в Ручей Забвения!»

    — Ты, правда, побывал там? — Вэй Чи буквально вскочил с кровати и схватил Чжэн Чуня за плечи. Хотя он и знал, что мальчишка уже много раз побывал в Ручье Забвения, но, услышав это из его уст, всё равно не смог скрыть своего волнения.

    — Угу. А что это за место? — Чжэн Чунь притворился ничего не понимающим. — Мне страшно.

    Вэй Чи притянул Чжэн Чуня к себе, обхватил его лицо ладонями и поцеловал сначала веки, потом кончика носа и, наконец, уголки губ.

    — Это хорошее место! Очень хорошее! Ты моя драгоценность! Я всегда буду баловать тебя! Буду хорошо к тебе относиться!