Глава 3: Токсичная нежность.

Это как мне кажется, самая интересная глава в плане раскрытия персонажей!!

---
Следующие несколько дней Финн жил в раздвоении. На работе — детектив, склонившийся над уликами: зернистое фото высокого мужчины в капюшоне, на просвет в ухе — серебряная серёжка. Как у Альберта. Дома — друг, который заваривал ему успокаивающий чай после «тяжёлого дня» и смотрел с немым укором.

Альберт чувствовал сдвиг. Финн стал осторожнее в прикосновениях, его смех — тише, а взгляд задерживался на нём на секунду дольше необходимого. Контроль, этот хрупкий, идеально отлаженный механизм, давал сбой. И это бесило. Не эмоционально — а как поломка дорогого инструмента.

Когда Финн в пятый раз за вечер «забыл» ответить на сообщение, Альберт понял: пора менять тактику. Оборона исчерпала себя.

Звонок раздался глубокой ночью. финн, сидевший над сравнением отпечатков, вздрогнул.
—Алло?
В трубке— тишина. Потом ровный, усталый голос:
—Ты меня избегаешь, Финн.

Это был не вопрос. Это была констатация факта, произнесённая с такой грустью, будто констатировали смерть.
—Эл, нет, я просто...
—Прекрати. — Голос Альберта дрогнул, в нём послышалась неподдельная боль. — Ты пугаешь меня. Я не экспонат, чтобы смотреть на меня так. Ну мы же с тобой друзья, Финн... — Он вздохнул в трубку, и этот звук был похож на стон. Пауза затянулась, наполняясь немым укором.
—Что у тебя там такого важного и пугающего, — продолжил он уже тише, почти шёпотом, — что даёт тебе право меня игнорировать?

Этот вопрос, выкованный из жалости и отчаяния, ударил Финна сильнее любой угрозы. Он размягчил его защиту.
—Я... получил новые материалы по делу, — выдавил Финн. — Там есть детали...
—Какие детали, милый? — голос Альберта стал мягким, участливым, готовым разделить любую ношу. — Расскажи мне. Я помогу. Мы же всегда всё решали вместе.

Резкий переход от боли к заботе был настолько искренним, что у Финна сжалось сердце. Он не устоял.
—Серёжка, — прошептал он. — На фото у убийцы в ухе серёжка. Как у тебя.

Тишина в трубке стала густой, тяжёлой. Финн почти физически ощутил, как на другом конце провода Альберт замер, переваривая этот удар.
—Я понимаю, — наконец сказал он. Его голос звучал приглушённо, будто он отстранился от телефона, чтобы сдержать слёзы. — Ты боишься. Твой разум ищет врага, и самый близкий человек — самая лёгкая мишень. Это... это нормально. Я не виню тебя.