Проект.

Демьян
​Я ворвался в квартиру через два часа. Переговоры прошли успешно, враги были раздавлены, и всё, чего я хотел — это увидеть Миру. Но вместо того, чтобы встретить меня запахом кофе, квартира встретила меня мертвой тишиной.
​Мира сидела на подоконнике, обняв колени. Она переоделась в свою старую одежду — ту самую, в которой я нашел ее у клуба. Бледная, с застывшим взглядом.
​— Мира? — я подошел к ней, пытаясь коснуться ее плеча, но она дернулась, как от удара.
​— Она приходила, — тихо сказала она. Голос был пустым, безжизненным. — Твоя Кристина.
​Я замер. Внутри всё похолодело.
— Что она наговорила?
​— Рассказала про вчерашнее утро. Про стол в твоем офисе. Про то, что я для тебя — просто «проект». — Она подняла на меня глаза, и я увидел в них ту самую пустоту, которую пытался заполнить собой всё это время. — Знаешь, что самое смешное, Демьян? Я ведь не имею права злиться. Ты спас меня, дал крышу над головой. Ты не клялся мне в верности.
​— Она лжет, Мира! — я схватил ее за плечи, заставляя смотреть на себя. — После того, как ты ушла из офиса, я вышвырнул ее. Я не прикасался к ней!
​— Это неважно, — она покачала голвой. — Важно то, что я поверила ей. Потому что в твоем мире это — норма. А я… я не хочу быть «нормой». Я лучше вернусь в тот дождь с бутылкой водки, чем буду делить тебя с кем-то еще или ждать, когда ты наиграешься.
​Я смотрел на нее и понимал: я теряю ее. Мой страх, глубоко запрятанный, вырвался наружу. Я, человек, держащий в страхе порты, боялся этой хрупкой девочки.
​— Слушай меня, — я прижал ее к себе так сильно, что слышал ее пульс. — Кристины больше нет. Ни в моей постели, ни в этом городе. Я совершил ошибку, подпустив ее вчера в кабинет, но между нами ничего не было. Ты — не проект. Ты — единственное, что заставляет меня чувствовать себя человеком, а не мясником. Если ты уйдешь… я сожгу этот город. И начну с себя.
​Мира уткнулась мне в грудь, и я почувствовал, как ее слезы пропитывают мою рубашку. Это была не капитуляция. Это было начало чего-то гораздо более опасного, чем любая перестрелка.
​Внутри меня клокотала такая ярость, которую я не чувствовал даже во время портовых войн. Эта сука Кристина возомнила, что может играть на моем поле. Она зашла в дом, который я определил как убежище для Миры, и своими ядовитыми словами едва не уничтожила то единственное хрупкое доверие, которое мы строили по кирпичикам.
​Когда я увидел Миру на подоконнике — сломленную, в этой старой одежде, готовую снова бежать в никуда — я почувствовал физическую боль в груди. Она поверила. Поверила, потому что я сам приучил этот город видеть во мне только похотливое животное и мясника.
​— Марк, — я набрал номер, уже сидя в машине, пока Мира собиралась. Мой голос вибрировал от напряжения. — Собери всех в «Ониксе». И Кристину. Доставь её туда. Вежливо, но твердо. Если она попытается вякнуть — закрой рот скотчем.
​Я гнал машину, впиваясь пальцами в руль. Я видел, как Мира смотрит в окно, и понимал: сейчас решается всё. Либо я выжгу эту ложь каленым железом, либо она уйдет, и я больше никогда не увижу света в её глазах.
​Клуб «Оникс»
​В клубе пахло озоном от кондиционеров и моим гневом. Кристина стояла в центре зала, окруженная моими ребятами. Она еще пыталась строить из себя королеву, поправляя волосы, но когда я завел Миру, держа её за руку так, будто это моя единственная связь с жизнью, спесь с Кристины начала сползать.
​Я смотрел на эту холеную куклу и не понимал, как мог тратить на неё время. Она была фальшивкой от кончиков ногтей до мыслей.
​— Ты решила, что я — твоя собственность? — я заговорил тихо, подходя к ней. От моего шепота люди в зале невольно сделали шаг назад. — Ты решила, что можешь прийти к женщине, которая для меня значит больше, чем весь этот бизнес, и лить ей в уши свое дерьмо?
​— Демочка, ты же сам знаешь… — она попыталась улыбнуться, но её губы дрожали.
​— Я знаю, что вчера я вышвырнул тебя из кабинета, потому что от твоего запаха меня тошнило! — рявкнул я, и звук отразился от стен. — Ты лгала ей, Кристина. Ты попыталась отравить её душу, потому что побоялась потерять кормушку.
​Я кивнул Марку, и тот бросил на стол кейс.
— Твоя цена. Бери и исчезай. Если я увижу тебя в радиусе километра от Миры или моих объектов — я забуду, что когда-то мы спали в одной постели. Я сотру тебя, Кристина. С корнем.
​Когда её уволокли, я почувствовал, как воздух в зале стал чище. Но это было не всё. Я повернулся к Мире. Она стояла бледная, но в её взгляде появилось что-то новое. Ожидание. Она ждала не слов, она ждала окончательной правды.
​Я достал из кармана флешку. Это было мое самое интимное доказательство. Мой офис был утыкан камерами, о которых знала только служба безопасности.
​— Здесь весь мой вчерашний день, Мира. Каждая секунда. — Я вложил маленький кусочек пластика в её ладонь и накрыл своей рукой. — Я не святой. Я убивал, я ломал жизни, я брал то, что хотел. Но я никогда не лгал тебе. И я никогда не предам то, что чувствую к тебе. Здесь доказательство того, что Кристина была для меня пустым местом с того момента, как я встретил тебя у «Бездны».
​Я видел, как она смотрит на эту флешку. Я буквально слышал, как в её голове рушатся стены, которые она успела возвести за это утро.
​— Уничтожь её, если хочешь. Или посмотри. Мне нечего скрывать, — я притянул её к себе, игнорируя присутствие Марка и охраны. — Но запомни: если я когда-нибудь захочу другую женщину, ты узнаешь об этом первой. Но этого не случится. Потому что ты — мой единственный «проект», Мира. Проект моей жизни.
​Я чувствовал, как её тело расслабляется в моих руках. Доверие — это не то, что дается раз и навсегда. Это то, что нужно защищать с оружием в руках. И сегодня я защитил наше право быть вместе.
​— А теперь, — я отстранился и посмотрел ей в глаза, — мы едем на полигон. Я хочу, чтобы ты умела стрелять в любого, кто попытается подойти к тебе с ложью или пулей. Включая меня, если я когда-нибудь тебя предам.