Глава 6. Синее пламя

«Пламя так горячо, что
его языки стали синего цвета.»
(Lana Del Rey - Freak)

━┅━┅━

Джилл оставляет Леона в театре одного, не потому что ему нужно выполнить ещё кое-какую работу, вовсе нет. Она уверена, что их дело – если не сегодня, то завтра – точно закроют и передадут в прокуратуру, где шеф Айронс имеет много связей. Ему-то ничего не стоит набрать нужный номер и покончить с тугодумом по имени Леон Скотт Кеннеди раз и навсегда.

Но Леон почти рад, что скоро это может закончиться: в том-то и дело, что почти.

Он все ещё не уверен, что они вышли на правильный след: вся эта история с пустой оправой сбивает с толку. И никто не может дать ему четких ответов, даже догадок.

Никто, кроме Клэр.

Решимость, горячая и ослепляющая, подталкивает Леона к коридору: а там все также подозрительно тихо, если не считать топота в зале репетиций. Но Клэр наверняка стоит искать где-то ещё, она имеет привычку шнырять, где столько вздумается. Особенно когда Леон рядом.

Он уже понимает, что нет смысла притворяться нетронутым поведением и словами Клэр – на это ушло пару часов до будильника, проведенных под одеялом, и ещё часик под бодрящей прохладой утреннего душа. За два месяца жизни в съемной квартире Леон впервые был рад отключению горячей воды.

Но даже это не помогает ему отказаться от мыслей о Клэр окончательно. Он с неохотой признает, что отчего-то ему хочется о ней думать. Но только иногда. Он бы стер с ее лица самодовольную ухмылку, чтобы спасти собственное сердце от очередного разрыва.

Леон устал от этого ощущения.

Почему среди безликой стерильности художественных постановок и строгих пачек балерин Клэр рисуется несуразным красным пятном? Красная бусина в россыпи жемчужного бисера. И его взгляд всегда устремлён только на нее.

Она – черный лебедь по своей натуре. Искусительница, не боящаяся заявить права на все, что захочет. Ее слова – нож, завернутый в бархат. Но Леон желает ее слушать и слышать. Он хочет ей довериться, потому что ему кажется – совсем немного – что Клэр говорит правду.

И поэтому Леон так жаждет увидеть ее снова.

По правде говоря, это было его целью в последние дни, растянутые до безобразия рутиной работой: бесконечная бумажная волокита, оформление штрафов, прием заявлений, ругань с уборщиком… Тот неустанно твердит, что Леон таскает на сапогах грязь в участок с улицы, как будто он один виноват в этом. От всей этой головной боли только Клэр и отвлекает.