Валерий Викторович. Глава 1.

Валерий Викторович

Я всё ещё помню свою первую практику. Столько глаз было направлено в мою сторону, но я утонул только в одних, кофейных. Тихая, смущающаяся, она казалась простой, и можно было подумать, что её простота будет отпугивать, но на самом дела она только ещё сильнее притягивала к себе внимание. Помню, когда меня представляли, я не смотрел на класс, я смотрел на неё, на её волосы, на её хрупкие плечи, мне так сильно уже хотелось прикоснуться к ней. Люди сходят с сума от долгого одиночества, а я обезумел из-за одного взгляда. Меня манило к ней, но я стоял, я скрывал, ведь это неправильно, но профессия не должна определять кого я могу любить.

Первое, что я сделал после того, как меня представили, попросил назваться. Я всегда буду помнить тебя, Мстислава, потому что именно ты затуманила мой разум и украла моё сердце. Хорошо, бери, только не разбивай, не надо, прошу...

***

Я всегда знал, что нельзя мне любить её, запрещено быть с ней, но просто так отпустить Мстиславу я не мог, это было почти нереально для меня, и я решил заменить её.

Каждый день я находил пустышек. Они были со мной день, максимум месяц, но не больше. Дальше, я их бросал, они называли меня бабником, уродом, придурком, но они просто не понимают, что мне нужна другая. Она — мой единственный лучик света в этой непроглядной темноте. Но потом появилась Ковалёва, и мне стало немного легче. Боль притупилась, но не ушла до конца. А потом... потом моя жизнь разделилась на «до» и «после»: Мстислава увидела меня и Кристину.

Никогда не забуду её полного разочарования взгляд. Это было разочарование не во мне, не в мужчинах, а во всём мире. Одна маленькая чистая, непорочная душа разочаровалась во всём мире, и всё из-за меня. Из-за такого идиота, как я, который только и делал, что желал, а не пытался понять любовь. Этот мир перестал быть достойным в глазах одной прекрасной души.

Я хотел было всё объяснить, но эта дура вставила своё слово первая, а я потерял свой единственный шанс рассказать обо всех моих чувствах на долгий год. Мстислава убежала. Я готов был бежать за ней, но Кристина вцепилась в меня словно одичавшая кошка, а когда я высвободился, то было уже совсем поздно. Я пытался с ней заговорить, обсудить то, что увидела, но она ясно давала понять, что не то чтобы слушать, она знать меня не желала.