Глава IX
Вновь тот же парк, тот же песок и совершенно пустой взгляд, которым Иланис смотрел на водохранилище. Рядом с ним бесились эльфята, бросаясь друг в друга песком, при этом весело смеясь, ещё даже не подозревая, как сильно проебался Лиадор. Он буквально поставил свою жизнь на эту идею. Голову отдал на отсечение и вот, что по итогу из этого вышло. Лай Халио был просто глупым Омегой, который не вовремя раздвинул ноги и залетел, а не помог Эрадану сбежать. Зато теперь стало понятно почему Галанодель исчез — брать ответственность за чужого ребёнка в наше время мало кто хотел.
Время едва перевалило за полдень. Погода была приятно-тёплая. Солнце смущённо спряталось за кудрявыми облаками, словно ему было стыдно за такую хорошую погоду, учитывая, что в душе у детектива царил полнейший ураган из чувств и мыслей. Он конечно мог бы бросить всё и, как безумный, кинуться собирать чемоданы, в надежде, что им удастся сбежать. Вот только был ли в этом хотя бы малейший смысл? Найло достаточно будет одного взгляда, чтобы Иланиса взяли под белы рученьки, как это было в первый день, поставили в центре города и позволили каждому эльфу выстрелить в него, чтобы в последствии ни один патологоанатом не смог разобрать, что это за кровавый фарш ему привезли.
Сейчас Лиадор боялся смерти, как никогда. Почувствовал её холодный вкус на своих губах, а точнее на горле — он больше не желал повторения. Шея всё так же саднила, хотелось расцарапать её в попытках избавиться от призрачных пальцев, что всё ещё причиняли фантомную боль.
Детектив сидел на берегу не просто так — ему требовалось собрать всю свою смелость как никогда до этого. Все остальные разы были смешны, сейчас же он должен был принять тот факт, что это был первый его провал, который для него окажется последним. Надежды на то, что Найло простит его, даже не маячила на далёком горизонте, даже запаха её не было в этом городе. Да и вообще в этой Вселенной.
Иланис уже говорил о том, как сильно ненавидел этот чёртов город? Так вот сейчас он ненавидел его ещё больше. Ни за то, что тот добился своего — буквально добившись его смерти, — а за то, что детектив даже после своей смерти не сможет покинуть его. Он будет обречён вечность лежать в земле в Воронеже, если конечно Мафиозники будут столь любезны и хотя бы закопают его, а не бросят в водохранилище куда-нибудь на дно разлагаться, на радость всем рыбкам.