Глава 9. Правда хромого.

Утро началось со звонка.

Лисица? — голос в трубке был сухой, официальный. — Это полковник Сомов из Следственного комитета. Алиса Колесникова передала мне ваши материалы. Подъезжайте к десяти на Литейный, 4. Поговорим.

  Буду.

Артём оделся за пять минут, на ходу допивая чай. Огонёк проводил его недовольным взглядом — корм снова не насыпали.

Сомов оказался именно таким, как описывала Алиса: лет пятидесяти, седой, с лицом человека, который видел слишком много, чтобы чему-то удивляться. Кабинет у него был маленький, заваленный папками, но в отличие от кабинета Гаджиева — живой, настоящий.

Садитесь, — кивнул он на стул. — Рассказывайте.

Артём рассказал всё. С самого начала. Про Сашу, про двор-колодец, про Петровича, про Марго, про статуэтку, про Гаджиева. Про угрозы, про чёрный «Мерседес», про признание прокурора, что он был на месте преступления.

Сомов слушал молча, изредка кивая. Когда Артём закончил, он долго смотрел в окно, потом повернулся.

Материала мало, — сказал он. — Очень мало. Два свидетеля, один из которых алкоголик, вторая — девушка с проблемным прошлым. Ваше слово против слова прокурора города. Этого недостаточно даже для возбуждения дела.

  Я знаю, — кивнул Артём. — Но если вы начнёте копать, может, найдётся больше. Смерть отца Луцишиной пять лет назад. Его «несчастный случай». Гаджиев был первым на месте. Это не совпадение.

  Не совпадение, — согласился Сомов. — Но и не доказательство.

Он встал, прошёлся по кабинету.

Вот что, Лисица. У нас с вами безумно мало времени до суда. За это время вы должны найти что-то конкретное. Запись с камеры, если она есть. Ещё одного свидетеля. Признание. Что угодно, что можно прикрепить к делу. Если найдёте — я подключусь. Если нет...

Я понимаю.

  И ещё. — Сомов остановился, посмотрел ему в глаза. — Будьте осторожны. Если Гаджиев действительно убийца, он не остановится. Вы сейчас — его главная цель.

Я знаю, — улыбнулся Артём. — Мне уже угрожали.

Угрожали и убивали, — поправил Сомов. — Разницу чувствуете?

Чувствую. Но выбора у меня нет.

Он вышел из кабинета, чувствуя, как внутри закипает азарт.

Остаток дня Артём провёл в антикварных магазинах.

Он обошёл всё, что было на Петроградской, на Васильевском, в центре. Показывал фотографию статуэтки, расспрашивал продавцов, коллекционеров, оценщиков.

К вечеру он знал о Дзансине почти всё.