Враги моих врагов
Малая... Малая...
Она возникает в тоннеле, в стороне от мигающих шкафов серверной. Энцо угадывает ее очертания: плотные, сотканные из тьмы. Ловит запах — ее особенный запах. Только в нем теперь нет свежести, она исчезла. Сейчас он чуть сладковатый, тяжелый, будто цветочное масло прогоркло.
Она ступает неслышно.
— Ты будешь со мной? Не оставишь?
Звонкий голос обводит эхом своды, разносится по тоннелям, теряется в норах канализации.
Тише, Малая, тише. Не то услышат.
Надо бы подняться, но тело не слушается. Язык не ворочается, из глотки не давится ни слова. Камни впиваются в лопатки, скоблят спину. Под левой рукой собирается кровь. И поганая дурнота накатывает, как после анисовой самогонки.
В бетоне слышен отзвук дальних шагов. Он передается, как по проводам. Много их, этих шагов. Они тяжелые, — точно «псы». Надо бежать, но никак не подняться.
Только камни впиваются в лопатки.
Малая выныривает из тьмы в неясный ореол догорающей лампы, болезненно тонкая в черной обтягивающей космоспецовке. Ноги босые. Под ступнями, между бледных пальцев, собирается вода. И глаз — ее бездонный кукольно-большой глаз, обведенный пухом светлых ресниц. Его выражение непонятно. Так она на него еще не смотрела.
Как давно он ее не видел... И как больно видеть ее сейчас. Даже дыхание перехватило, будто в живот пнули. Больно. Больно...
А она все молчит. Помедлив, опускается на колени, склоняется ниже. Легкий пух ее волос ложится Энцо на щеки, щекочет нос. Кончики прохладных пальцев сбегают по обнаженной груди, касаются раны в боку. Теперь они алые от крови. Малая внимательно их изучает.
— Почему не забрал с собой?
«Я не мог», — хочется ответить, но слова звучат лишь в голове.
«Не сумел, подвел тебя».
И «псы» сейчас будут здесь.
Ей нужно бежать, вот что важно. Оставить его здесь. Ему ведь это не впервой. На роду написано, верно? Конец его нити здесь, в блоке техобслуживания Четвертой курии. На полу, среди мигающих серверов.
Но Малая не уходит.
Ее губы приближаются, голубоватые и обветренные. Дыхание сладковатое. Шепот тих и вкрадчив. Как шелест песка по стене, когда приближается обвал.
— Мне так холодно, Энцо. Так холодно.
Энцо открыл глаза. Часто моргая, поискал Малую в полутьме бокса.
Нет. Нет ее.
Это лишь сон.