В полымя
Скамья, на которой она сидит, жесткая и холодная. Белая, в цвет тоги главного квестора-обвинителя. Он беспокойно вышагивает перед ней — невысокий парень, смуглые руки сцеплены за спиной. Взгляд глубоко посаженных глаз обращен к коллегии имперских обвинителей. Те, похоже, прилетели прямо из Ядра: на носах тонкие трубки респираторов, глаза за защитными очками. Губы поджаты.
— ... обвиняется в оказании помощи террористам и подпольным организациям курии Четыре планеты Старая Земля. В разжигании беспорядков и подмене данных по ранее перечисленным делам, в частности, по делу номера А-206-05, самовзятое имя «Энцо».
Руки Бритвы тоже сцеплены за спиной. Наручники так сдавили запястья, что пальцы онемели. В зале заседаний прохладно, а тюремная рубашка совсем не греет. Но Бритве плевать. Ее заботит другое.
Ее заботит Луций Цецилий. Он сидит рядом с обвинителями, сложив руки в перчатках перед собой.
— ... в нарушение устава сообщила декуриону ложные данные, — тем временем продолжает квестор. — Вследствие чего Бруту Аквинию по кличке «Аларих» удалось ускользнуть, имманес под номером I-45-10 скрылась, а номер А-206 оказался тяжело ранен. Совместно с центурионом Титом Пуллием стерла данные номера А-206 из больничной базы, обосновывая это необходимостью защиты свидетеля. Следствие предполагает, что А-206 располагал какими-то данными об имманес, которые обвиняемая и центурион Тит Пуллий хотели получить...
Губы Луция сжаты до белизны. По щекам ходят желваки, мышцы шеи над форменной стойкой-воротником литые, как канаты. От его взгляда мороз дерет по коже. Так Луций смотрел на фото погибшего напарника. Так он смотрел на погибшую девчонку-имманес. Словно готов ее убить.
Бритва беззвучно говорит: «Я не хотела», и верхняя губа Луция приподнимается, обнажая зубы.
— Если многоуважаемая комиссия позволит, я покажу собранные мной данные.
Квестор включает панель сбоку от скамьи, где сидит Бритва. Мелькают фрагменты видео и переданных данных. Бритва туда не смотрит, Луций тоже. Она глядит на его посеревшее лицо. Он — куда-то чуть ниже ее подбородка. На шею, должно быть. Или на клеймо с орлом, набитое на ключице.
О чем он думает?
Какими словами называет ее сейчас?
— Пожалуйста... — шепчет Бритва.
Луций вытягивает кулак с оттопыренным большим пальцем. То же делают и другие члены коллегии. «Смерть», вот что это значит.
— Единогласно, — кивает квестор.