Ей бы понравилось
— Им-ма... Кто?
Энцо почесал в затылке. Нет, он знал эребе — зеленогубых паломников с Эреба. Знал марсиан, знал жрецов-гермафродитов с Церцеи, андроидов из кластеров Ядра, знал серпенов с чешуей вместо кожи — вообще чокнутые мутанты. Но имманос?.. Имманис?..
Как это произнести хоть?
— Имманес, — повторил Тит Пуллий. — Так они зовут себя. Имманес. Говорят, пришли с миром.
— Говорят? — Энцо вскинул брови. Центурион над ним прикалывался, что ли? — Они еще и трепаться по-нашему умеют?
Тит кивнул. Тени скользили по изборожденному шрамами лицу. Утренний свет блестел на протезе.
— Связались с командованием перед ударом. Передали сообщение по всем линиям.
— И потом что?
— Без понятия.
А потом у него отключился некс, ага. Энцо глянул на нитку засохшей крови на шее Пуллия, под ухом с кнопками на мочке. Похоже, некс-имплантат сдох. Связи наверняка не было ни у кого из легиона.
Интересно: все вырубилось, а костюмы — нет. Энцо как-то читал про них, что-то про другую систему питания, жидкие кристаллы и тому подобную хрень, он не запомнил подробности. Инопланетяне их отрубить не смогли. Не всесильные, значит. Была на них управа.
Далеко на горизонте уровня медленно накренилась и повалилась верхушка Торговой Башни. Только дымный мазок остался на лиловом рассветном небе. Останки близлежащих небоскребов протыкали облака, как обломки черных зубов. Чуть дальше верхний уровень курии еще был цел, но нигде не горел свет. И в небе все так же пусто, ни дрона, ни шаттла.
Энцо поежился. Все произошло слишком быстро. Разрушить целый район за час. Налет другой расы — как такое возможно? И почему легионеры ничего не сделали? Столько техники, столько боевых систем на орбите, и ничто не сработало? И почему именно Земля? Столько вопросов, и ни одного ответа.
Хотя, будь он представителем другой, более развитой расы — с зелеными щупальцами или десятью глазами, например, — он бы тоже разбомбил этот гадюшник.
Энцо ускорил шаг и догнал центуриона. Все время отставал, несмотря на то, что тот не спешил. Голова кружилась, а пальцы немели. И ноги в ботинках замерзли и ныли, жесткие задники содрали кожу с пяток. Шутка ли — топать в почти-скафандре босиком?
Тит Пуллий что-то сказал.
— Что?
— Интересно, почему они не отключили купола? — повторил Тит, глядя на блеклую палитру неба. Так спокойно, словно говорил об ужине, который ему готовит женушка.
Если у него вообще есть женушка.
— А, думаешь, могли?