Глава 2. Чужая Земля
Тишина.
Такая глубокая, что человеческий разум невольно пытается наполнить ее звуком. В ней нет ни ветра, ни дыхания, ни единого шороха. И все же, глядя в бесконечную черноту, невольно начинаешь слышать что-то свое — едва уловимую, несуществующую мелодию, рожденную самим ощущением вечности.
Космос не пугал. Он завораживал. Своей необъяснимостью. Своим равнодушием. Тем, что был слишком огромен, чтобы замечать существование человека, и слишком древен, чтобы нуждаться в объяснениях. Казалось, стоит лишь на мгновение задержать взгляд — и прикоснешься к чему-то, существовавшему еще до рождения времени, до появления звезд, до самой идеи жизни.
На фоне этой бесконечности медленно плыла Земля.
Она казалась удивительно знакомой. Родной. Почти живой. Будто мать, к которой всегда можно вернуться.
Но отсюда она выглядела совсем иначе. Она больше не принадлежала человечеству. Она принадлежала космосу. Такой же естественной частью этой безграничной темноты, как далекие звезды, туманности и безмолвные миры, которых человеческий взгляд никогда не касался. Люди лишь привыкли считать ее своей, забыв, что сама Земля существовала задолго до них и останется частью Вселенной независимо от того, кто однажды будет называть ее домом.
Вокруг планеты, следуя своим орбитам, беззвучно скользили сотни спутников.
Такие крошечные рядом с величием космоса, они напоминали осторожно вытянутые руки человечества, впервые осмелившегося коснуться неизвестного. Не руки завоевателя, а руки ребенка, который тянется в темноту, не зная, кто встретит его по ту сторону. Возможно, там скрывается нечто безобидное. А возможно, тот, кто все это время молча наблюдал, ожидая момента, когда человек сам сделает первый шаг.
Задача любой космической техники - передавать сигнал. И они это делали, порой даже ценной собственной жизни.
За тысячи километров от этой безмолвной картины, в одном из самых охраняемых помещений NASA, жизнь текла по своим неизменным законам.
Здесь не существовало дня и ночи. Под ровным холодным светом ламп десятки специалистов круглосуточно следили за тем, что происходило далеко за пределами Земли. Ряды рабочих станций уходили один за другим, а огромная видеостена, занимавшая почти всю переднюю стену зала, объединяла в единую картину данные телескопов, спутников и аппаратов, разбросанных по всей Солнечной системе.