47. Туземцы

Наверное, быть пленником — это какая-то жизненная позиция. Ряд неудачных решений, которые неминуемо приводят к одному и тому же результату. Хотя, глупо думать, что в шестилетнем возрасте Никанор, став пленником «Знамения Разума», что-то понимал. Он жил в школе для великих с рождения, только в пять лет его перевели в корпус для детей постарше. И тогда он явно не думал, что огромная башня-общежитие это его тюрьма. Тогда это был дом. Родной, знакомый до мелочей дом, где все порядки, которые сейчас ему кажутся дикими, были для него естественными. И ведь для других детей, для великих, а не гениальных, у которых не было ограничения на общение со сверстниками, и которые не отличались друг от друга слишком хорошим для мира потенциалом, для них этот дом был дружелюбным, заботливым и свободным. Они веселились, радовались каждому дню, общались, учили интересные предметы и гуляли в парке. Всё это Никанор тоже делал. Один. До тех пор, пока не познакомился с Риной.

Когда он, вместе с девушкой-одуванчиком с кожей цвета «кофе с молоком» преодолевал путь на Северный Сентинел, он время от времени представлял как угодит в какую-нибудь ловушку. Например, провалится в подземелье и сломает руку. Или его подвесят к огромному дереву за одну ногу и он будет болтаться вниз головой до самой смерти. Сколько раз после жизни в Раю он старался угомонить своё негативное мышление, но всё время возвращался к продумыванию до мельчайших подробностей наихудших вариантов развития событий. Даже иногда представлял выражения лица тех, кто будет делать с ним что-то плохое.