Пятачок божественного кабана

- Куда теперь? - спросил Лева, с хрустом доедая последний кусок краденого хлеба. Крошки падали ему на куртку, но он даже не отряхивался - слишком устал, чтобы обращать внимание на такие мелочи.

Потужнич, не сбавляя шага, бросил через плечо:

- В город.

- А как он называется?

- МммДолинаЛесГород.

Лева замер с открытым ртом, в котором ещё оставался вкус чёрствого мякиша.

- ...Серьёзно?

- Абсолютно. Добро пожаловать в Потужную Вселенную, - сухо ответил Потужнич, но в уголках его глаз мелькнула тень улыбки. - Привыкай.

Они поднимались по долгому, поросшему жёсткой травой склону. Ветер уже нёс запах реки. Когда наконец выбрались на гребень холма, Лева невольно остановился.

Перед ними лежал город. Улицы вились, переплетались, карабкались друг на друга. Где-то вдалеке река расширялась, превращалась в залив, а за ним уже угадывался тяжёлый, серо-синий океан, на котором покачивались мачты и ржавые борта.

Над всем этим безобразием, натянутый между двумя кривыми бетонными столбами, висел выцветший огромный баннер. Буквы когда-то были ярко-жёлтыми, теперь же облупились и местами осыпались, но смысл всё ещё читался без труда:

"МммДолинаЛесГород - райский уголок для неприкаянных душ"

- Сюда мы и шли, - сказал Потужнич, останавливаясь на миг и кивая в сторону раскинувшегося внизу безумия. - Здесь у нас шанс.

Лева прищурился, пытаясь разглядеть хоть что-то осмысленное в этом хаосе крыш, труб и кривых переулков.

- Шанс на что именно?

Потужнич пожал плечами.

- На всё. Или на ничего.

На въезде их действительно никто не остановил.
У покосившихся ворот, сложенных из разномастных досок сидел охранник. Он сладко дремал, обхватив руками огромную облупленную табличку "СТОЙ! ПРОПУСК!". Табличка была перевёрнута вверх ногами, но это, видимо, никого не смущало - включая самого охранника. Лева даже засомневался: а вдруг это и есть местный пропускной ритуал - просто не будить спящего стража?

Они прошли мимо, и город раскрылся перед ними. Сначала их ударил запах. Варёная репа, дым от костров, мокрый камень, свежий хлеб и что-то неуловимо кислое, будто где-то рядом забродил целый чан кваса. Потом - звуки.